Цыбульский Марк: Владимир Высоцкий в Одессе
"Служили два товарища"

"Служили два товарища"

(июль 1967 г. – апрель 1968 г.)

На съёмках к/ф ''Служили два товарища''

Как сказал сам Высоцкий, для него все съёмки в Одессе делятся на два периода – "бородатый" и "усатый". "Бородатый" период – это 1966 год, съёмки "Вертикали" и "Коротких встреч". Два персонажа, похожих друг на друга не только внешне, но и внутренне. "Усатый" период пришёлся на следующий год. И снова два персонажа Высоцкого имеют очень много общего – подпольщик Бродский-Воронов в "Интервенции" и поручик Брусенцов в "Служили два товарища".

В общем-то, разница между ними исключительно политическая. Один персонаж "красный", другой – "белый". В остальном же большевик-пропагандист и офицер Белой армии – близнецы-братья.

Каюсь, – долгое время я отдавал предпочтение исполнению Высоцким роли Брусенцова. Через много лет, посмотрев обе ленты по много раз, я понял, что это исключительно из-за того, что никогда не питал слабости к коммунистической идеологии. Если же посмотреть на исполнение обеих ролей беспристрастным взглядом, то они вполне равноценны.

Оба разбираемых персонажа Высоцкого – это, прежде всего, мужчины и патриоты. Не те мужчины, которые побоятся показаться тряпками, если помогут женщине донести тяжёлую сумку, и не те патриоты, которые сообщают о своей любви к родине каждому, кто готов их слушать. Они профессиональные воины. Просто один, как было принято говорить, боец невидимого фронта, а другой находится на передовой фронта настоящего.

Такое моё видение этих ролей. Примерно так же оценивал их и сам Высоцкий:

"Я снимался в городе Одессе в двух разных картинах. Одна из них называется "Интервенция", она ещё не вышла на экраны. В этой картине я играл роль большевика-подпольщика Бродского, очень рискованного человека, который действовал в Одессе. Его фамилия Ласточкин была... Это был известный человек, революционер, который в девятнадцатом году занимался агитацией в войсках интервентов. Его поймали, он был расстрелян, этот Ласточкин, его именем названа улица. Но вот я играю там этого человека, который сделал дело...

В общем, всё, что возможно в этой жизни, он успел сделать, и поэтому он идёт на смерть без истерик, довольно спокойно, понимая: ну что ж, так пришлось. Он выиграл всё-таки, несмотря на то, что погибает.

А второй человек, который находится по другую сторону баррикад, но действовал тоже в девятнадцатом же году, тоже в городе Одессе и тоже, примерно, в таком же возрасте, только это был белогвардейский поручик Брусенцов, которого я играю в фильме "Служили два товарища". Саша Брусенцов. Человек очень талантливый, сильный и смелый, умеющий воевать и любить, но только, к сожалению, он не понял, куда идёт Россия, и оказался по другую сторону баррикад. И вы помните, что он такой "пир во время чумы", как он устраивает свадьбу (если вы смотрели картину) перед самым отъездом. И как только оказывается на палубе парохода, понимает, что он теряет родину, он пускает себе пулю в рот на палубе уходящего за границу парохода. И он падает, и над ним смыкаются волны, и даже никто не обратил внимания, – был человек, и нет человека".*65

О том, как Высоцкий получил роль поручика Александра Брусенцова в картине, поставленной режиссёром Е. Кареловым, рассказывает он сам в письме к Л. Абрамовой:

"Моё утверждение проходило очень трудно. Т. е. все были за меня, а Гуревич, тот, что начальник актёрского отдела на "Мосфильме", кричал, что дойдёт до Сурина (В. Сурин – генеральный директор "Мосфильма", – М. Ц.), а Карелов тоже кричал, что до него дойдёт. Тогда Гуревич кричал, что он пойдёт к Баскакову и Романову (А. Романов был председателем Комитета по кинематографии при Совете Министров СССР, а В. Баскаков – его заместителем, – М. Ц.), а Карелов предложил ему ходить везде вместе. Это всё по поводу моего старого питья и "Стряпухи" и Кеосаяна. Всё кончилось просто. Карелов поехал на дачу к больному Михаилу Ильичу Ромму, привёз его, и тот во всеуслышанье заявил, что Высоцкий, де, его убеждает, после чего Гуревич мог пойти уже только в жопу, куда он и отправился незамедлительно".*66

Почему надо было привозить именно М. Ромма (к тому же, больного), а не кого-то другого из числа маститых кинематографистов? Пока запишем в загадки.

Фотопроба к к/ф ''Служили два товарища''

"Мы посмотрели кинопробу и поняли, что именно таким, как играл его Высоцкий, и должен быть Брусенцов, – говорил один из авторов сценария В. Фрид. – Да, – невысокий, кряжистый, какой-то "непородистый". Зато в каждом движении – характер, яростный темперамент, а в глазах – тоска и ум.

Когда в просмотровом зале зажёгся свет, оказалось, что пришёл посмотреть на себя и сам Высоцкий. Он сидел, слегка смущённый, застенчиво улыбался и, по-моему, не очень верил в то, что роль отдадут ему: знал, что стереотип режиссёрского мышления – великая и недобрая сила... (Надо сказать, что Карелов на всякий случай уже пробовал на роль Брусенцова и Олега Янковского. Получилось совсем неинтересно: Олег играл на пробе всех поручиков, которых видел до этого в кино.)"*67

Исполнителю роли красноармейца Некрасова артисту О. Янковскому история утверждения его на роль (и, следовательно, история того, как на роль Брусенцова попал Высоцкий) запомнилась несколько иначе:

"С первой же встречи с моим будущим героем, ещё на страницах сценария, судьба этого человека увлекла меня. С тайной надеждой, с робостью новичка, не смея высказаться вслух, переступил я порог мосфильмовского павильона. Я был уверен, что роль в моих руках. Но меня вызвали на кинопробы, чтобы предложить совсем другое, – сыграть белогвардейского поручика Брусницова (так в тексте, – М. Ц.).

Студийные портные подгоняли под меня офицерский китель, гримёры старательно подклеивали усики, а я думал о Некрасове. Сердце моё, мысли были отданы ему. Он уже проник в моё сознание, скрыть это на пробах было невозможно – выдавали глаза. И какова была моя радость, когда на следующий день, увидев всё это на экране и, вероятно, почувствовав моё состояние, Евгений Карелов первым закричал: "Нет, этого человека мы Врангелю не отдадим!"".*68

В принципе, и В. Фрид, и О. Янковский говорят об одном и том же. Просто у первого акцент на более яркой пробе Высоцкого, а у второго – на том, что режиссёр заметил, что Янковский более подходит на другую роль. Существенных расхождений в воспоминаниях, как мы видим, нет.

На съёмках к/ф ''Служили два товарища''

"... Роль Брусенцова он сыграл превосходно, – продолжает В. Фрид, – и, кажется, сам остался доволен этой работой. Правда, существует легенда, будто в готовом фильме линию Брусенцова по приказу начальства сильно сократили, вырезав всё самое интересное. Жалко разрушать миф, но, что поделаешь, приходится...

При окончательном монтаже выпало два небольших эпизода, и вовсе не по указанию свыше. Каждый, кто хоть немного знаком с кинопроизводством, знает: в отснятом материале часто возникает другой ритм, другие акценты – не те, что были в сценарии. Так и здесь: линия Брусенцова вылезла на первый план. Отчасти благодаря яркой игре Высоцкого. Отчасти потому, что у Янковского и Быкова, игравших Некрасова и Карякина, по разным причинам выпало несколько сценок.

И чтобы исправить крен, режиссёр – при полном нашем понимании и с нашего согласия – вырезал сцену в каюте катера, где Брусенцов объясняет сестре милосердия Саше (её играла Ия Саввина), как важно после ухода из Крыма не потерять себя в каком-нибудь Лондоне или там Лиссабоне, остаться Белой гвардией, быть, как пули в обойме – всегда вместе, всегда наготове...

На съёмках к/ф ''Служили два товарища''

А ещё одну сцену, которая очень эффектно выглядела на сохранившихся фотографиях, пришлось вырезать по совершенно иной причине. В павильоне построили декорацию ресторана, куда разгневанный Брусенцов должен был въехать на своём Абреке. Высоцкий играл хорошо, а лошадь плохо: шарахалась из стороны в сторону, не хотела в нужный момент вставать на дыбы. Словом, эпизод не получился. Пришлось заменить его коротенькой и довольно суматошной сценкой на натуре, где Брусенцов подскакивает к какой-то веранде и выкрикивает оскорбления в лицо растерявшемуся генералу.

Вот и всё. Других купюр не было".*69

Снимавшийся в массовке А. Кейсер рассказал мне, почему именно "лошадь сыграла плохо".

"В перерыве съёмок в буфете Высоцкий выпил водки. К нему подошёл Ролан Быков, говорит: "Володя, ты что делаешь? Тебе сейчас на лошадь садиться, а они же запах алкоголя на дух не переносят". – "Да ничего страшного". В первый раз лошадь его скинула, во второй раз он удержался в седле. Кадр получился эффектный, но сцену из фильма вырезали".

Итак, по мнению одного из авторов сценария, было вырезано всего два эпизода из числа тех, в которых был занят Высоцкий. Иначе запомнилось это самому Высоцкому:

"Роль, которую я сыграл в "Служили два товарища", – к сожалению, от неё осталась третья часть. Даже по этой части, кто видел, может судить, что это был очень интересный образ. У меня почти ничего не осталось из-за того, что у нас (артистов, – М. Ц.) права голоса нет. Они посмотрели, – получилось, что этот белый офицер – единственный вёл себя как мужчина. А остальные... Один там молчит, а другой всё время пытается нас потешать. Очень проигрывают Быков и Янковский, – но не они как артисты, а их персонажи рядом с моим. И поэтому, что, значит, делать? – Ножницы есть... И почти ничего не осталось от роли. Я думал, что это будет лучшей ролью, которую мне удастся вообще сыграть когда-нибудь в кино. И так оно, возможно, и было бы, если бы до вас дошло то, что было снято. Но этого не случилось".*70

Так сколько же сцен выпало из фильма при монтаже? По мнению В. Фрида, ушло два эпизода, по воспоминаниям Высоцкого – две трети его роли. Ничего себе разброс... Ещё одна загадка, которую мы постараемся решить в дальнейшем, а пока вернёмся в Одессу. Точнее, в город Измаил Одесской области, где проходили натурные съёмки с участием Высоцкого.

На съёмках к/ф ''Служили два товарища''

"Не предполагал совсем, что буду здесь так долго торчать, – писал Высоцкий Л. Абрамовой, – думал, что буду в Измаиле, но тут на днях пришла "успокоительная телеграмма": "Не волнуйтесь... тчк. Ваши съёмки – сентябре"".*71

"... Все эти поездки, мелкие съёмки хочу закончить до 20-го числа, после чего поеду в Измаил и заставлю что-нибудь снять, чтобы легче было потом. Ещё надо вспомнить себя на лошадях и познакомиться со своей новой лошадью, которая будет играть Абрека".*72

Итак, из этого письма мы устанавливаем, что в Измаил Высоцкий ездил в конце августа, а съёмки натурных эпизодов предполагались в сентябре. Как минимум, часть их и была проведена в конце сентября. В книге "Владимир Высоцкий в кино" (Москва, 1989 г.) на стр. 48 и 49 опубликованы фотографии телеграмм, подписанных директором картины Парамоновым, и высланных в Театр на Таганке на имя В. Смехова, исполнителя роли барона Краузе, и В. Высоцкого. "Съёмка двадцатого, ждём девятнадцатого". Затем: "Не выезжайте тчк. Съёмка переносится тчк. Ждите вызова". И, наконец: "Телеграмму о невыезде считать недействительной. Вылетайте двадцатого. Парамонов. Бадаев". Согласно табелю занятости, в сентябре у Высоцкого были свободными 6, 12, 13, 20, 21 и 27-е, так что всё совпадает.

Логично предположить, что натура в Измаиле продолжала сниматься и в октябре 1967 года, – в этот месяц у Высоцкого не было съёмок для "Интервенции" и свободных дней было больше – 3, 4, 8-11 и 25-28. Досъёмка же проходила уже в марте 1968 года. О том, как это было, рассказывает в весьма шутливом тоне сам Высоцкий:

"Вот, например, я снимался в картине "Служили два товарища" и там был такой эпизод, когда я стреляю себе в рот, и потом так с палубы корабля, – там невысоко, там, примерно, два с лишним метра, – падаю. Но вода была тогда всего три градуса.

Мы снимали в самом начале марта. (Тут неточность: досъёмки в Измаиле проходили не в начале, а в конце марта, – М. Ц.) Хоть это и Чёрное море, но там в том году замерзал даже залив, бухта. И всё равно вот я: "Дайте я сделаю! Дайте я сделаю!" Ну, говорят: "Ну ладно!" Режиссёр сделал вид, что не знает об этом. Принесли спирту, значит, растирать. И одежду сухую. Вот я первый дубль упал, вышел, меня растёрли, я снова упал, опять вышел, меня снова растёрли. Я упал, вышел, а потом говорю: "Мне море по колено! Давай ещё!""*73

Звучит весело, но на самом деле весело не было. И. Саввина вспоминала, что в дни, когда надо было снимать последние кадры с участием Саши и Брусенцова – венчание, отплытие парохода, – она лежала дома с высокой температурой. Тем не менее, актриса решила лететь в Одессу, где директор группы сообщил ей, что Высоцкого нет, найти его никто не может, он загулял. Наконец, нашли.

"Гримёрная у нас была в той же гостинице. Я впервые увидела Володю в этом состоянии. И вот он сидит у гримировального столика, опустив голову... Я подхожу к нему сзади и говорю:

– Володечка, здравствуй!

– Здравствуй, – но глаз не поднимает... Он трезвый, но со шлейфом, что называется.

– Я тебя очень прошу: у нас тут съёмки рассчитаны на три дня, но я очень больна, у меня высокая температура. Давай напряжёмся, и всё снимем за один день.

Он поднял голову и сказал: "Да-да, конечно!.."

Это был страшно напряжённейший день... Мы сняли всё. Сели в автобус, ему тут же дали бокал шампанского. Он выпил этот бокал, смотрит на меня и говорит:

– Ты знаешь, я даже не представлял себе, что я так тебя люблю и уважаю. Отца бы родного задушил... Знаешь, что это? Я не хочу, но это у меня внутри".*74

Сказанное полностью совпадает с записью в дневнике артиста В. Золотухина 26 марта 1968 г.:

"Высоцкий в Одессе, в жутком состоянии, падает с лошади, по ночам, опоённый водкой друзьями, катается по полу, "если выбирать мать или водку, выбирает водку", – говорит Иваненко, которая летала к нему".*75

В этот раз Высоцкий быстро вышел из "пике". На момент написания сведения В. Золотухина уже устарели – в этот день Высоцкий, отдохнувший и посвежевший, давал концерт в Клубе портовиков (об этом будет рассказано в своём месте), но заключительные дни съёмок дались ему очень тяжело.

Пресса отметила исполнение Высоцким роли Брусенцова довольно странно. Хвалили его или ругали, но журналисты приписывали Высоцкому то, чего он вовсе и не играл! Как пример процитируем три рецензии.

"Достаточно убедительно, цельно и собирательно выглядит образ злобного, коварного (где там коварство? – М. Ц.), умного поручика Бруснецова (так в тексте. Может, журналист просто смотрел невнимательно? Отсюда и "коварство", и перевранная фамилия, – М. Ц.) Для него нет ничего святого. Нет родины. Он оставляет свою жену, буквально пять минут назад обвенчавшись с нею. (В фильме Брусенцов стреляется. Уж не хотел ли журналист, чтобы он перед этим застрелил и жену? – М. Ц.) Бросает на берегу любимую лошадь, из-за которой готов был ещё недавно пристрелить генерала и перебить всю его свиту. (Так не пустили ж лошадь на пароход! Как автор рецензии смотрел фильм – не понимаю, – М. Ц.) Но не убежать ему от самого себя, от унизительного позора, от собственной звериной ненависти и страха перед содеянным".*76

"Владимир Высоцкий нашёл яркие краски для образа заклятого врага Советской власти поручика Брусенцова. Умный, решительный, его герой знает, что дни белого барона Врангеля и всей его своры, к которой принадлежит и он, Брусенцов, сочтены. Отсюда и трактовка образа офицера как истеричного (да как они смотрели?! Где там истеричность? – М. Ц.), обречённого на гибель отщепенца".*77

"В роли Брусенцова, оттолкнувшись от белоэмигрантского романса, актёр усилил и буйство, и надрыв своего героя... Страсть же Брусенцова в исполнении Высоцкого выглядит истерикой обречённого".*78

Комментировать вряд ли нужно. Кто видел фильм (а кто его не видел?), конечно, понимают, что ни коварства, ни истеричности, ни надрыва в роли, исполненной Высоцким, нет и в помине.

Впрочем, оценку фильма, оставим киноведам, а пока постараемся ответить на поставленные ранее вопросы, первый из которых – почему нужно было апеллировать к авторитету именно М. Ромма, чтобы утвердить Высоцкого на роль Брусенцова.

"Я точно не знаю, – ответил мне Н. Бурляев, исполнитель эпизодической роли прапорщика, которого в самом начале фильма застрелил персонаж Высоцкого, – но, возможно, Ромм возглавлял творческое объединение, на котором снималась эта лента".*79

Я это предположение проверил, и оказалось всё именно так – М. Ромм действительно был художественным руководителем творческого объединения "Товарищ", на котором снималась лента режиссёра Е. Карелова. Таким образом, первая загадка разрешена.

На съёмках к/ф ''Служили два товарища''

Теперь попробуем разобраться с вопросом, какие сцены с участием Высоцкого не вошли в картину? Рассказывает И. Саввина, исполнительница роли возлюбленной Брусенцова, сестры милосердия Саши:

"М. Ц. – Что именно вырезано из роли Высоцкого в кинофильме "Служили два товарища"?

И. С. – Вырезана была, как мы её называли, "постельная сцена". Это была лучшая сцена! Это не так, как сейчас показывают, что происходит в постели. У нас герои просто лежали в каюте на кораблике, просто разговаривали. Но между ними происходит НЕЧТО. Вся группа съёмочная просто в восторге была! Это была гениальная сцена. Почему её вырезали...

Я не могу уже, естественно, вспомнить всё, что тогда было, но я помню, что три дня я готовила Володю Высоцкого к этой сцене, потому что это была его первая такая большая роль. Я его водила по мосфильмовским коридорам, мы ходили и готовились к этой сцене. И в результате сцена оказалась вырезанной. Почему? А потому что белогвардейцы не должны были так любить! В результате я этот фильм потом много лет просто не могла смотреть.

М. Ц. – Какие-нибудь ещё эпизоды с участием Высоцкого были выброшены при окончательном монтаже?

И. С. – Не знаю. Я говорю только о наших с ним совместных сценах".*80

Поскольку все основные сцены Высоцкого в фильме именно с И. Саввиной, то её свидетельство крайне важно. Может быть, при монтаже и выпали ещё какие-то незначительные эпизоды, но, во всяком случае, Высоцкий явно преувеличивал, говоря, что от его роли осталась треть.

Об этом пишет и тульский высоцковед В. Щербаков, опубликовавший в московском журнале "Вагант" (1994 г., № 4-5, стр. 24-25) весь текст "постельной" сцены в том виде, в каком она была в сценарии:

"Дело в том, что режиссёр Евгений Карелов отснял слишком много материала. Даже после того, как из окончательного варианта фильма исчезла сцена свидания Брусенцова с Сашенькой и несколько эпизодов с главными героями Некрасовым и Карякиным, прокатное время картины составило 1 час 40 минут. Но, судя по литературному сценарию, красноармейцам от ножниц режиссёра "досталось" гораздо больше, чем белогвардейскому офицеру".*81

Итак, все вопросы, связанные со съёмками, в основном, выяснены. Остаётся только один: почему фильм не был снят в намеченные сроки и потребовались досъёмки в достаточно холодное время года?

Причина заключается в том, что в спорте именуется "нарушением режима". Свидетелей "весёлых съёмок" обнаружилось немало.

"Помню, отсняли сцену – перерыв, – вспоминает бывший моряк, актёр-массовик Валерий Мессойлиди. – Актёрская братия насела – мол, покажи, где продают хороший винчик. Повёл в частный сектор. Сам переоделся, а Владимир Семёнович как был в форме поручика Бруснецова (так в тексте – М. Ц.), так и пошёл. Шпоры гремят, сабля блестит, шинель нараспашку. Стучит в дверь: "Хозяюшка, вино продаёте?" А у бабки ступор. Думала, опять война и опять румыны вернулись. Они тут до 1945 года руководили, торговлю с рук запрещали. Так что бабка испугалась вполне серьёзно и вино отдала даром. Высоцкий пригубил – и на коня, начались съёмки. А у Янковского как раз был свободный день, и он его провёл в вытрезвителе.

– Умудрился загреметь, – смеётся Мессойлиди. – Москвичи – они к водке-то привычны, а к вину относились несерьёзно. Мол, подумаешь – винчик. Вот и получилось. Правда, когда в вытрезвителе поняли, кого к ним привезли, извинились, отпустили. И вовремя – артист срывал все графики".*82

Впрочем, график срывали не только актёры, но и режиссёр.

"А дело было так: поехал в ближайшую деревню – смотреть натуру. Гидом выступил старый приятель Андрей Жечев. Показал всё, что знал, и, конечно, винные подвалы.

– Мы так надегустировались, что Женя (Карелов – М. Ц.) не смог выйти из подвала, – вспоминает Жечев. – Вызвали ему скорую – загремел в реанимацию. Там пролежал три дня".*83

Конечно, что и говорить, "Комсомолка" – источник не только не самый авторитетный, но и откровенно "жёлтый", это я всегда принимаю во внимание. Однако подтверждение информации, опубликованной в газете, я получил в беседе с Виктором Белокопытовым, одним из операторов картины. Впрочем, говорили мы не только об этом.

"В. Б. – И Янковский, и Высоцкий тогда только начинали и особой известности у них не было. Высоцкий был известен больше как исполнитель песен, чем как актёр, поэтому мы все к нему относились просто как к рядовому артисту, одному из группы. Работать с ним было хорошо, он всегда был хорош в общении, делал на площадке то, что просили, и привносил своё, конечно. Что-то из его предложений принималось, что-то нет.

Режиссёром был Женя Карелов. С ним была проблема, потому что он иногда уходил в запой. На съёмках были авторы сценария Фрид и Дунский. Всё поначалу шло очень хорошо, потом пошёл материал. Все были довольны и режиссёром, и операторами – нас было двое, я снимал вместе с Мишей Ардабьевским. Материал Карелов отвёз в Москву и, очевидно, расслабился немножко...

Потом, после съёмок в Измаиле, мы приехали в Одессу снимать заключительные кадры. Ну что Вам сказать... У Володи Высоцкого тоже был тот же грех. Причём в начале съёмок всё было очень хорошо.

М. Ц. – А почему были досъёмки в марте 1968 года? Почему не сняли всё осенью?

В. Б. – Так мы же начали снимать раньше, но пришлось вернуть экспедицию. Но это не только из-за Высоцкого. Там основная проблема была с режиссёром. Он снова запил довольно сильно. Потом два художника тоже запили. Так мы и оказались снова в Одессе ранней весной.

Мы сидели в ресторане, человека три-четыре. Вдруг заходит Высоцкий, подсаживается к нам, заказывает шампанское. Мы обрадовались, но не тут-то было: Володя наливает только себе, и затем продолжает наливать только себе. Мы поняли, что дело не очень хорошо...

В этот его приезд с ним была какая-то актриса из его театра (Татьяна Иваненко – М. Ц.), которая за ним очень следила.

М. Ц. – Как Вам помнится: во время досъёмок сцены самоубийства Брусенцова Высоцкий сам падал в море или это делал дублёр?

В. Б. – Да нет, это кукла падала. Это просто монтаж. Так же, как и с лошадью. Её толкали, и она плыла к берегу, а не к кораблю, а на экране это выглядит, как будто она к кораблю плывёт.

М. Ц. – "Постельную сцену" Высоцкого с Саввиной Вы помните?

В. Б. – Помню, конечно. По тем временам очень смелая сцена была. По-моему, Володя там всё достойно сделал. В этой сцене он выглядел вполне естественно и, мне кажется, Саввина рядом с ним тоже чувствовала себя хорошо".*84

Таким образом, получен ответ на давно занимавший меня вопрос – почему съёмки картины не были закончены в срок?

Примечания

65. Фонограмма выступления: Донецк, Драматический театр им. Артёма, 12 марта 1973 г., 1-е выступление.

66. Ж. "Советская библиография", 1990 г., № 7.

67. Фрид В. "Фрагмент для мозаики" // кн. "Владимир Высоцкий в кино", Москва, 1989 г., стр. 79-81.

68. Андон В. "Тот самый Янковский" // газ. "Время", Молдавия, Кишинёв, 20.02.2004 г.

69. Фрид В. "Фрагмент для мозаики" // кн. "Владимир Высоцкий в кино", Москва, 1989 г., стр. 79-81.

70. Фонограмма выступления: Ижевск, Дом актёра ВТО, 28 апреля 1979 г.

71. Письмо Л. Абрамовой от 9.08.1967 г. // ж. "Литературное обозрение", Москва, 1990 г., № 7.

72. Там же.

73. Фонограмма выступления: Макеевка, ДК завода им. Кирова, 14 марта 1973 г., 1-е выступление.

74. Саввина И.: "Его песни звучали повсюду" // сб. "Белорусские страницы", вып. 35, Минск, 2005 г., стр. 48.

75. Золотухин В. "Таганский дневник", книга 1, Москва, 2002 г., стр. 106.

76. Романов И. "Верность революции" // газ. "Ставропольская правда", 23.10.1968 г., стр. 4.

77. Валерьянов Е. "Служили два товарища" // газ. "Вечерний Новосибирск", 24.10.1968 г., стр. 4.

78. Рубанова И. "Владимир Высоцкий", Москва, 1977 г.

79. Фонограмма беседы от 16.09.2006 г.

80. Фонограмма беседы от 5.11.2006 г.

81. Ж. "Вагант-Москва", 1994 г., № 4-5, стр. 24.

82. "На съёмках фильма "Служили два товарища": Янковский попал в вытрезвитель, а режиссёр – в реанимацию" // газ. "Комсомольская правда в Украине", Киев. 2013 г. 11 января.

83. Там же.

84. Фонограмма беседы от 22.11.2014 г.

© 2000- NIV