Цыбульский Марк: Владимир Высоцкий в Одессе
"Вертикаль"

"Вертикаль"

(июль – декабрь 1966 г.)

Для Владимира Высоцкого "Вертикаль" стала фильмом судьбоносным, ибо миллионы людей, уже хорошо знакомых по магнитофонным записям с его песнями, впервые узнали, что, во-первых, Высоцкий поёт не только про мелких и крупных нарушителей закона, но интересуется и другими темами, а во-вторых, что сам он – актёр, а не представитель блатного мира. (Правда, рассказы о его уголовном прошлом ходили ещё долгие годы и проникли даже за рубеж – газета "Нью-Йорк Таймс", например, даже в некрологе (выпуск от 26 июля 1980 г.) указала, что в юности Высоцкий сидел в лагерях, но тут уж ничего не поделаешь, – однажды родившись, легенды живут долго.)

Судьба киноактёра в какой-то степени подобна судьбе золотоискателя – без участия Его Величества Случая не обойтись. Пусть по всем параметрам и по любому счёту "Вертикаль" – картина более чем посредственная, но для Высоцкого участие в ней стало огромной удачей, ибо сделало его узнаваемым не только по голосу, но и в лицо.

Об этом фильме написано и сказано очень много. В принципе, можно собрать весь материал воедино и проследить процесс работы над фильмом чуть ли не поминутно. Однако в задачу автора этой книги подобный труд не входит. Мы остановимся лишь на тех моментах, которые имеют отношение к пребыванию главного героя этой повести в Одессе. При этом мы увидим, что отнюдь не всё выяснено и далеко не все из числа причастных к созданию фильма согласны между собой относительно того, как именно шла работа над "Вертикалью".

Эта картина имеет не только историю, но и предысторию. "Снимать его поначалу должны были Николай Рашеев и Эрнест Мартиросян – выпускники Высших режиссёрских курсов, – рассказывал С. Тарасов, один из авторов сценария (его соавтором был упомянутый Н. Рашеев). – Но получилось так, что чрезвычайно увлечённые творчеством Параджанова, они из нормального реалистического сценария такое написали в режиссёрском сценарии, что директор Одесской студии дважды попросту закрывал картину. Потом вызвали меня. Я прилетел и сидел с режиссёрами фильма: каждый из нас писал свою "версию", которые мы затем свели, наконец, в нормальный – пристойный, с моей точки зрения – режиссёрский сценарий. Я уехал, а ровно через неделю они явились на студию с совершенно другим сценарием. Мне позвонил директор киностудии и сказал, что снял режиссёров с картины. "Но, – говорит, – у меня имеется предложение: есть ребята, которые заканчивают ВГИК. Один из них – Слава Говорухин – человек, причастный к альпинизму, занимался этим делом. Я считаю, что потери не будет, может, быть даже наоборот..." И я, намучившись уже с этим сценарием, махнул на всё рукой и сказал: "Как хотите!" – уже не веря ни во что".*3

С. Говорухин:

"В 66-м году мы приехали с Борисом Дуровым на Одесскую киностудию делать свою дипломную работу. Нам нужно было снять две короткометражки – "Морские рассказы" – по произведениям местного автора.

Вдруг нас вызывает директор: "Горит сценарий... Сейчас апрель, а в декабре надо сдать картину. Возьмётесь?" И даёт один экземпляр сценария. "Мы одержимые" называется.

Тогда киностудия, как завод или фабрика, имела свой производственный план, и к концу года предстояло выпустить в свет пятую "единицу", то есть, пятый фильм. Он как раз и был – "Мы одержимые". Но работа застопорилась, потому что и сценарий был написан непрофессионально, и режиссёра пришлось снять с картины ввиду полной профнепригодности. В середине 60-х ещё продолжалась так называемая "новая волна", в моде было польское кино, французское – фильмы Годара, и вот режиссёр задумал сделать этот фильм по-новому, с такими, например, приёмами: альпинисты лезут по брусчатке Красной площади, а камера снимает их сверху. Худсовет послушал планы режиссёра – и снял его.

Борька Дуров, мой приятель, первым прочёл сценарий. Я спрашиваю:

– Ну что, Борь?

– Да я не знаю, что такое альпинизм.

– Ну вообще, в принципе, снять можно?

– Да лучше, чем эту лабуду – "Морские рассказы".

Являемся к директору.

– Читали?

– Читали.

Ну и как? – обращается он ко мне, зная, что я альпинист. – Можно снять?

– Можно, мы берёмся.

Дальше началась мура собачья. Мы попытались написать новый сценарий. Для этой цели вызвали даже Володю Максимова, ныне покойного писателя, тогда всеми отверженного, выгнанного отовсюду, нигде не печатавшегося и потому крайне бедствовавшего. Он немножко поработал, а на второй или третий день запил. Крепко страдал он тогда этой болезнью русского человека. Помучались мы с ним неделю и отправили домой.

Написали сами всё совершенно по-другому, но такую же лабуду, и поняли, что фильм – прогорит. Потом нас вдруг осенила идея построить весь фильм на песнях, сделать такую романтическую картину. Стали думать, кого пригласить на эти песни. Визбора? Окуджаву? И остановились на Владимире Высоцком.

Приезжает Высоцкий.

Я иду по студии, смотрю, навстречу вроде пацан знакомый, кажется, пару раз выпивали в каких-то компаниях, знаю, что актёр.

– Здорово.

– Привет.

– А ты чего приехал? – спрашиваю. – К кому?

Он как-то странно на меня посмотрел. И вдруг меня пронзает мысль, что это Высоцкий. Как барда я его знал только по песням, и он мне представлялся большим сильным человеком со сложной биографией, прошедшим войну. По песням можно было предположить, что он уже успел и отсидеть где-то. И вдруг – такой пацан, симпатичный, спортивный. Я просто селезёнкой почувствовал, что это и есть Высоцкий. Стало так неудобно, я как-то деланно рассмеялся.

Говорю:

– Ну пойдём купаться.

Выкупались в море, позагорали, и, мне думается, он так и не понял тогда, что я его просто не узнал. Не узнал, что это Высоцкий".*4

Цыбульский Марк: Владимир Высоцкий в Одессе Вертикаль

Съёмочная группа фильма ''Вертикаль''

Оператор фильма В. Козелов:

"Это всё было на моих глазах. На "Вертикаль" его (Высоцкого, – М. Ц.) привезли, я делал пробу. Там на эту роль нужен был бард. И чего-то Осипова (главный оператор фильма "Вертикаль", – М. Ц.) не было на студии. Привезли Высоцкого. Говорухин мне говорит: "Быстро сними как-нибудь. Мне надо показать его худсовету". Никто ж не видел, как он выглядит. Я взял "конус", быстро выскочил на угол операторского цеха – там труба торчит в катакомбы. Он так опёрся о трубу, и я его снял. Без грима и даже без звука. Он что-то рассказывал, из-за шума камеры я не мог понять что. Я даже с рук снимал, без штатива. Быстро проявили, показали худсовету. Они утвердили".*5

Е. Рудых, член сценарной комиссии фильма, запомнила ситуацию иначе:

"В кинофильм "Вертикаль" пробовался один очень симпатичный паренёк, который пел студенческий фольклор... (и ни слова о предварительных идеях попробовать в фильме Ю. Визбора или Б. Окуджаву! – М. Ц.) В общем, симпатично было. И поэтому меня очень удивило, когда Говорухин стал настаивать на Высоцком, который отнюдь не блистал на пробах.

Вопрос: А какой эпизод был на пробах?

Е. Рудых: Да просто Высоцкий сыграл какую-то песню свою. (Как мне думается, путаница произошла из-за того, что оператор говорит о формальной пробе, записанной на плёнку, а Е. Рудых запомнился показ Высоцким своих песен, – М. Ц.) И я стала спрашивать Говорухина: "Слава, почему ты именно настаиваешь на этом?" – "Понимаешь, у него такие песни!" И он дал мне послушать его песни. И когда я услышала, уже и речи не могло быть о ком-то другом.

Вопрос: они (С. Говорухин и Л. Дуров, – М. Ц.) с собой привезли этот сценарий или он уже здесь запускался?

Е. Рудых: Нет, не запускался. Это на них специально был, по их предложению сценарий. Здесь заключили договор, но на них, специально на них, потому что они хотели".*6

И снова путаница, которую мог бы прояснить интервьюер, но почему-то этого не сделал. Разумеется, сценарий запускался, об этом говорят и С. Тарасов, и С. Говорухин. Но то был прежний сценарий, забракованный директором Одесской киностудии, а на новый сценарий был заключён новый договор.

По словам Е. Седых, члены худсовета никаких претензий к песням Высоцкого с самого начала не имели. Это противоречит воспоминаниям сценариста И. Менджерицкого.

"Это было у меня на глазах, что называется. Там такие были дебаты по поводу песен Высоцкого! Они размножили тексты и всех, в том числе, меня, заставляли читать эти тексты. Говорили с большой иронией: "Давайте будем обсуждать эту поэзию...""*7

Об этом же вспоминает и С. Говорухин:

"Мне приходилось слышать, будто весь фильм задумывался как способ легализации песен Высоцкого. Ничего подобного – Высоцкий был тогда уже достаточно известен и выступал. И песен сначала не предполагалось, – он написал их после, они очень не понравились худсовету, потому что там с ними знакомились по текстам, а текст о песне никакого представления не даёт".*8

Не согласен с мнением Е. Рудых и режиссёр В. Козачков, тесно общавшийся с Высоцким в середине 1960-х гг.:

"Во время съёмок "Вертикали" у нас пришёл новый главный редактор Станислав Стреженюк... И наша коллегия не хотела принимать песню. "Ну что это за стихи? "Мерцал закат, как блеск клинка..." Ну, это не стихи...""*9

По мнению В. Козачкова, именно вмешательство С. Стреженюка спасло это песню. В благодарность за это Высоцкий оставил ему автограф: "Моему первому редактору".

Любопытная деталь содержится в коротких воспоминаниях редактора "Вертикали" В. Решетникова:

"Песни, как правило, были вполне законченными, слова отточенными, и если мне, как редактору, какое-то слово не нравилось, приходилось довольно упорно с автором спорить. На изменения Высоцкий шёл неохотно, но если удавалось его убедить, он соглашался.

Меня не устраивало четверостишие: "Отставить разговоры! Вперёд к тем облакам! Ведь это наши горы, Они помогут нам!"

"Володя, – говорю ему, – я бывший военный, привык воспринимать команду "Вперёд!" конкретно, топографически, поэтому "вперёд к тем облакам" принять не могу...

Высоцкий сперва заартачился, потом уставился в текст, подумал.

"Пожалуй, ты прав. А если сделаем так: "Отставить разговоры! Вперёд и вверх, а там...""*10

Авторская рукопись со строкой, приводимой В. Решетниковым, не обнаружена.

Воспоминания вышеупомянутого С. Стреженюка содержат детали уникальные – по его словам, это именно он познакомил Высоцкого со сценарием "Вертикали"! Он приехал в Москву, где получил от С. Тарасова сценарий будущего фильма и читал его, сидя в гостинице. Ближе к ночи захотелось поесть, и С. Стреженюк отправился в ресторан ВТО, где Высоцкий в это время находился в компании А. Макарова, Л. Кочаряна и А. Тарковского. С. Стреженюк подошёл к столику, представился и попросил разрешения присоединиться. "Потом мы пошли к Кочаряну домой. Володя взял гитару и стал подряд, всё, что у него было, петь. И он предложил написать к фильму песни".*11

Когда я разговаривал с С. Стреженюком, он с гордостью заметил, что фактически это именно он привёл Высоцкого на Одесскую киностудию, и он же потом настаивал, чтобы некоторые песни были из фильма удалены.

"Когда фильм был уже готов, оказалось, что там на девять частей приходится одиннадцать песен Высоцкого. Я сказал ему: "Володя, надо снять пару песен, а то получается концерт". Высоцкий обиделся, он был очень самолюбивый человек, но мы на коллегии сняли всё-таки две песни. Когда Володя посмотрел фильм на худсовете, он оставил мне автограф на моей книжке. Она называлась "Журавли", вышла она в Одессе. Володя написал: "Моему первому редактору Стасу Стреженюку от Володи Высоцкого". Эту книгу у меня взял на выставку Одесский литературный музей, и до сих пор пока не вернули".*12

С. Стреженюк говорит о двух исключённых из фильма песнях. Долгое время я знал только об одной – "Скалолазке". Была ли другая?

Оказывается, была! "Ещё одна песня должна была быть. В одной из сцен звучат несколько строчек: "Люди, падая, бьются об лёд. Гололёд на Земле, гололёд...", – вспоминала Л. Лужина. – Он эту песню пытался написать, исполнил две-три строчки... И дальше она у него не пошла".*13

Л. Лужина не права, песня "пошла" и была написана в том же 1966 году. Важно, однако, то, что она предлагалась Высоцким в "Вертикаль". До сего времени этот факт оставался неизвестным!

В том же интервью Л. Лужина подтверждает тот факт, что песни Высоцкого принимались, что называется, со скрипом.

""Скалолазку" вырезали из картины. Худсовет придрался: мол, у вас в фильме один Высоцкий, что-нибудь убирайте, иначе картину не выпустим. Пришлось выбирать. Ведь все остальные песни скреплены драматургией картины, а эта скорее – лирическое отступление. Жалко, что она не вошла в фильм, сцена была снята необыкновенно красиво. Володя пел мне её в палатке. Мы были вдвоём, все ушли на восхождение. В это время опустилось облако и разделило нас. А Володя в этой сцене песней "объяснялся" мне в любви".*14

О том, как проходили съёмки картины, рассказывали многие люди, так или иначе принимавшие участие в работе. Однако, как уже говорилось выше, нас в данном случае интересуют только одесские эпизоды.

Г. Воропаев, актёр, исполнитель роли альпиниста Геннадия:

"Мне позвонил Говорухин, он собирался снимать "Вертикаль" и пригласил в Одессу на кинопробы. Он при этом сказал: "Будешь жить в гостинице "Дружба" в одном номере с Высоцким!" А я не знал, кто такой Высоцкий!

От аэропорта я ехал на такси. Подъезжаю к гостинице, на счётчике набежало что-то рубля два. А у меня десятка одной бумажкой, мельче денег нет. И таксист мне сдачи не даёт, говорит: нету. Спрашиваю его: ну и что будем делать? В это время к нам подходит молодой человек и спрашивает про такси: освободилось?

"Да, – говорю, – но нам не разойтись никак..." Подошедший: "Сколько на счётчике?" Называю сумму. "Я беру её на себя", – говорит он, садится в машину и уезжает.

Вхожу в гостиницу, беру номер, захожу и вижу: портфель и гитара... А буквально минут через тридцать в мой номер входит парень, который взял машину. Я удивляюсь: что же это такое? А парень говорит:

– Я – Высоцкий, здорово!

– Здорово...

Он уже тогда был популярен. Это я его не знал. Вот почему Говорухин так многозначительно говорил: "Будешь жить в одном номере с Высоцким!""*15

Руководитель группы альпинистов мастер спорта Л. Елисеев:

"О сценарии я не говорю, с альпинистской точки зрения, в картине было много надуманных и даже невероятных ситуаций... И если в фильме что-то и объясняет идею и философию альпинизма, то это песни Высоцкого".*16

Впрочем, это уже другая тема. Все песни, написанные Высоцким для фильма, были созданы в горах Кабардино-Балкарии, где, в основном, снималась "Вертикаль". Нашей же темой является Одесса. Какие эпизоды фильма снимались там?

Цыбульский Марк: Владимир Высоцкий в Одессе Вертикаль

Рабочий момент съёмок фильма ''Вертикаль''

Собственно, Высоцкий занят всего в двух "не горных" эпизодах – в начальной сцене, где участники будущего восхождения собираются в квартире у Риты (актриса М. Кошелева), и в заключительной сцене на вокзале, когда альпинисты прощаются до будущего года. Оба эпизода снимались в Одессе.

Есть, однако, ещё один эпизод, имеющий отношение к Одессе. Он снимался в двух местах – в горах, и в павильоне на Одесской студии – речь идёт о споре Ларисы (Л. Лужина) и Володи (В. Высоцкий) в палатке. Послушаем тех, кто принимал участие в картине.

Цыбульский Марк: Владимир Высоцкий в Одессе Вертикаль

Л. Лужина:

"Сцена "В палатке", где он поёт "Свои обиды". Он так и не закончил эту песню. Хотя мы все просили, потому что уж очень хорошая была задумка, щемящее очень, и по смыслу. Вот у него всё время она крутилась. Он её начинал писать и никак не мог до конца. Причём как – он всё время напевал. Эта песня случайно вошла в картину. Потому что у нас разговор какой-то идёт. И, в общем, как будто какие-то паузы. И Володя взял гитару и поёт. Вот саму сцену эту, разговор наш, снимали в павильоне. А вот палатка, когда там он говорит, то это в горах снималось. Павильонов же очень мало. Вот начало картины, где герои сидят за столом – это в Одессе. Даже не павильон. Это какую-то комнату снимали, просто интерьер".*17

Ю. Горобец, работавший в "Вертикали" как неофициальный художник-постановщик, рассказал минскому высоцковеду А. Линкевичу:

"Впервые я познакомился с Высоцким на картине "Вертикаль". Только я на "Вертикали" не был в горах, а здесь я делал достройку: снег, сугробы, палатку.

А. Линкевич: То есть, эпизод, где Высоцкий поёт песню Лужиной в палатке, снимался в декорациях?

Ю. Горобец: Снимался в декорациях".*18

Это же подтверждает и оператор В. Козелов:

"Мы в павильоне ещё снимали, в третьем павильоне. "Палатку" снимали, "обмороженного человека"".*19

Досъёмки фильма проходили в ноябре 1966 года, таким образом, эпизод "В палатке" с участием Высоцкого оказывается точно датированным. Начальный эпизод (и, видимо, "Прощание на вокзале") был снят несколько раньше – в октябре. Снова слово В. Козелов:

"У меня есть фотография одна: в цивильной одежде все съёмочные герои в квартире – это единственная фотография снята в квартире у героини. Павильон. Декорации. Снимал фотограф картины. Это уже конец съёмок, когда с гор приехали".*20

Существуют ещё два воспоминания участников событий. Г. Волошин, бывший на "Вертикали" художником-гримёром:

"Был случай, когда я гримировал Володю в автомобиле, прямо на ходу, по пути из села Красные Окна, где он был занят в "Коротких встречах" Киры Муратовой. Надо было успеть до отхода поезда "Одесса-Москва". На перроне вокзала нас ожидала съёмочная группа "Вертикали". После короткой репетиции был снят эпизод приезда альпинистов".*21

О съёмках "Коротких встреч" будет сказано ниже, а пока отметим: все не павильонные сцены там снимались летом. Таким образом, если описанный эпизод гримирования в автомобиле действительно был, то он никак не мог быть в ноябре.

Однако оператор картины В. Авлошенко относит три эпизода, снятых в Одессе, к ещё более позднему времени!

"Я помню, что числа 29-го (декабря, – М. Ц.), ночью, снимали сцену "Сборы в горы" – начало фильма, утром сцену из середины картины, в палатке, а ближе к вечеру – "Вокзал", причём, всю подготовку по установке света, операторского крана, репетиции движения провёл оператор Володя Снежко, а я, примчавшись на вокзал, посмотрел одну репетицию, сменил его за камерой на кране, и он тут же с режиссёром Говорухиным и двумя актёрами улетел в Крым снимать на Ай-Петри сцену "Взятие вершины". Последнюю съёмку я проводил 30 декабря, в первой половине дня, снимая проезды Володи Высоцкого в такси".*22

И снова неувязка. Во-первых, почему Говорухин полетел снимать взятие вершины с двумя актёрами? Кто видел фильм, помнит, что на вершине одновременно в кадре находятся четыре человека. Во-вторых, зимой в горах, пусть даже всего лишь на Ай-Петри, непрофессионалу будет весьма несладко. В-третьих, сцена "На вокзале" явно снималась осенью, а не зимой, что хорошо видно по тому, в чём одеты и актёры, и массовка. И, наконец, в заключение – "железный" довод: 30 декабря Высоцкий играл в спектакле на сцене Театра на Таганке, что подтверждается табелем занятости. Похоже, что и Г. Волошина, и В. Авлошенко подвела память. На мой взгляд, нет оснований сомневаться в том, что фильм был полностью закончен к ноябрю 1966 г.

Предстояло озвучание картины. Логично предположить, что оно будет происходить на студии, которая выпускает фильм. Не всё в жизни, однако, происходит логично.

Г. Воропаев, исполнитель роли Геннадия, был постоянно занят в спектаклях ленинградского Театра комедии. "Николай Павлович (Акимов, главный режиссёр театра, – М. Ц.) не отпустил меня, и "Вертикаль" частично озвучивали на "Ленфильме"".*23

Учитывая, что Г. Воропаев занят почти во всех эпизодах фильма, логично предположить, что практически весь фильм озвучивали на "Ленфильме". Остаётся открытым вопрос о том, где происходило озвучание песен.

Из имеющихся в литературе данных сделать однозначный вывод не представляется возможным. Коллекционеры фонограмм привыкли считать, что запись песен делалась в Москве. Звукооператор А. Нетребенко, работавший на "Вертикали", давно умер, а ветеран Одесской киностудии Г. Заволока полагает, что возможны оба варианта:

"Мы ездили в Москву на записи очень много. Студийная запись могла быть сделана в Москве, а оригинал привезли сюда. Могла быть здесь, у нас был замечательный зал оркестровый".*24

Итак, несмотря на обилие мемуарного материала, вопросы у внимательного исследователя остаются. Кто пригласил Высоцкого в "Вертикаль"? Где проходило озвучание песен? Принимались ли песни с трудом, как о том говорит С. Стреженюк, или проблем с ними не было, как запомнилось это Е. Седых? Попробуем выяснить эти вопросы у коллеги С. Говорухина – режиссёра Б. Дурова:

"Б. Д. – Мы были с Говорухиным в Одессе, обсуждали разные вопросы, связанные с "Вертикалью". Он меня спрашивает: "А ты Володю Высоцкого лично знаешь?" – "Нет, – говорю, – не знаю, не видел никогда". Он сказал: "Я тоже".

Мы оказались на этом фильме вдвоём, потому что были выпускниками ВГИКа, а тогда редко одному человеку сразу после ВГИКа давали постановку. Мы согласились делать фильм вдвоём, чтобы сделать эту картину, и быстрее начать работать самостоятельно.

Мы поделили обязанности. Я должен был поехать в Москву искать актёров, а Говорухин поехал искать натуру. Он раньше немножко бывал в горах, в отличие от меня.

Встретился я с Высоцким в Москве. К тому времени я уже знал некоторые его песни, которые в народе ходили. Я ему рассказал о фильме, дал сценарий. Он прочитал и сказал: "По-моему, дерьмо полное". Я говорю: "Ну, ты угадал, полное дерьмо".

Вернулся я в Одессу, рассказал Славе Говорухину о встрече с Высоцким. Слава говорит: "И какое он впечатление на тебя произвёл?" Я говорю: "Да никакого. С ним будет, наверное, сложно работать".

Тем не менее, мы решили Высоцкого вызвать в Одессу. Он в то время с театром на Таганке находился на гастролях. Созвонились, Высоцкий говорит: "С удовольствием приеду". Кажется, он сказал тогда, что до этого никогда в Одессе не был. К тому времени, как он приехал, мы постарались услышать как можно больше его песен, кассет тогда уже у людей много было.

М. Ц. – А пробы на фильм Высоцкий проходил?

Б. Д. – Нет, фактически проб не было.

М. Ц. – Говорухин в своё время писал, что на кандидатуре Высоцкого остановились не сразу. Была идея позвать Визбора...

Б. Д. – Да, думали мы и о Визборе, но Визбору очень не понравился сценарий. А потом он нам сказал: "Ребята, я очень жалею, что не согласился писать песни в ваш фильм". Я ему на это сказал: "Юра, а я не жалею, потому что таких песен, как Володя, ты не написал бы. Ты создал бы другие, а нам нужны были строгие, мужские, солдатские – такие, как Володя написал". Вот на том мы тогда и расстались.

М. Ц. – Насколько трудно было "пробить" песни Высоцкого, сделать так, чтобы они прозвучали в фильме?

Б. Д. – У нас с Говорухиным в этом плане проблем не было.

М. Ц. – Где проходило озвучание песен для "Вертикали"?

Б. Д. – В Москве. В то время Одесская киностудия была как бы филиалом студии имени Горького, поэтому озвучание проходило там".*25

Главное разногласие в воспоминаниях людей так или иначе причастных к созданию "Вертикали" – это вопрос о том, легко или нет прошли песни Высоцкого худсовет. Полагаю, что все точки зрения примиряет высказывание С. Говорухина: "Когда ко мне пришла на картину совсем молодая Соня Губайдулина, про которую никто ещё и знать не знал, что она великий авангардный композитор – вот тогда эти песни заиграли, она сделала фантастическую оркестровку".*26

Вот теперь всё становится на свои места: от чтения текстов альпинистских песен Высоцкого, записанных на бумаге, члены худсовета в восторг не пришли, но когда не прочитали, а услышали эти песни в записи с оркестром, их мнение изменилось в лучшую сторону.

Итак, в основном, на все вопросы получены ответы, а небольшие разногласия в оценке событий вполне могут быть объяснены несовершенством человеческой памяти – не забудем, что с момента создания "Вертикали" прошло уже сорок лет!

Примечания

1. Сб. "Белорусские страницы", вып. 35, Минск, 2005 г., стр. 101.

2. Фонограмма беседы от 25.11.2006 г.

3. Акимова Б., Терентьев О. "Владимир Высоцкий: эпизоды творческой судьбы" // ж. "Студенческий меридиан", Москва, 1990 г., № 3, стр. 43.

4. Говорухин С. "Неизвестное об известных" // ж. "Наш следопыт", Санкт-Петербург, 1998 г. № 2 (11), стр. 18.

5. "Владимир Высоцкий в воспоминаниях современников", Минск, 2004 г., стр. 42-43.

6. Сб. "Белорусские страницы", вып. 12, Минск, 2004 г., стр. 188.

7. Фонограмма беседы от 21.08.2006 г.

8. С. Говорухин: "В пару сильному годится только сильный", интервью Д. Быкову // еж. "Собеседник", Москва, № 33 (1131), 30.08. -5.09.2006 г., стр. 12.

9. Сб. "Владимир Высоцкий в воспоминаниях современников", Минск, 2004 г., стр. 61.

10. Лазарева Г., Миненко В. "Имена Одесской киностудии. Владимир Высоцкий", Одесса, 2006 г.

11. Сб. "Владимир Высоцкий в воспоминаниях современников", Минск, 2004 г., стр. 210.

12. Фонограмма беседы от 26.08.2006 г.

13. Газ. "Антенна", Москва, январь 1997 г., № 1, стр. 2.

14. Там же.

15. "А я не знал, кто такой Высоцкий..." // газ. "Санкт-Петербургские ведомости", 25.01.1995 г.

16. Елисеев Л. "История одной песни" // кн. "Четыре четверти пути", Москва, 1988 г., стр. 26.

17. Лужина Л. "С Володей нас связывала не только "Вертикаль" // сб. "Владимир Высоцкий. Панорама", Минск, 2005 г., самиздат, стр. 46-47.

18. Сб. "Владимир Высоцкий в воспоминаниях современников", Минск, 2004 г., стр. 31.

19. Там же, стр. 51.

20. Там же, стр. 43.

21. "Имена Одесской киностудии. Владимир Высоцкий", Одесса, 2006 г.

22. Газ. "Одесский вестник", 31.12.1997 г., стр. 4.

23. "А я не знал, кто такой Высоцкий..." // газ. "Санкт-Петербургские ведомости", 25.01.1995 г.

24. "Владимир Высоцкий в воспоминаниях современников", Минск, 2004 г., стр. 36.

25. Фонограмма беседы от 25.11.2006 г.

26. С. Говорухин: "В пару сильному годится только сильный", интервью Д. Быкову // еж. "Собеседник", Москва, № 33 (1131), 30.08. -5.09.2006 г., стр. 12.

© 2000- NIV