Цыбульский Марк: "Последний парад"

Печатается с разрешения автора

Публикуется впервые - 19.10.2012 г. (дополнена 22.10.2012 г.)

Оригинал статьи находится по адресу: http://v-vysotsky.com/statji/2012/Poslednij_parad/text.html

Марк Цыбульский (США)

(Copyright © 2012)

"Последний парад"

"А вот зачем Плучек поставил "Последний парад" А. Штейна, этого не компенсируешь достоинствами пьесы, ибо таковых не имеется. Плучек объясняет: "Меня уговорили ставить "Последний парад", уверяя, что зритель жаждет комедии. Вот и дождался. Тем не менее, какая-то польза от этого дела была, я выиграл возможность поставить то, что я хочу, что мне дорого и интересно, – а именно "Безумный день, или Женитьбу Фигаро"", – писала театральный критик Нина Велехова.*1

Цыбульский Марк: Последний парад

Валентин Плучек

Справедливости ради стоит сказать, что это не единственное объяснение, которое дал главный режиссёр московского театра Сатиры Валентин Плучек по поводу выбора пьесы:

"У меня было два соображения, почему я поставил "Последний парад". Первое: я всю войну провёл на действующем Северном флоте. Я – моряк. Осталась моя любовь к флоту. Поэтому я ставил Штейна. Штейн тоже был на флоте, но на Балтийском.

... А второе соображение – потому что центральный персонаж, написанный Штейном, капитан Сенежин, – эта роль очень ложилась на Папанова, актёра, который может сделать это хорошо".*2

К тому же вряд ли можно сказать, что пьеса А. Штейна была напрочь лишена достоинств. В 1968-1969 гг., помимо театра Сатиры, её поставили в Ленинграде, Иркутске, Рыбинске, Ногинске, Сарове... Возможно, этот список, составленный почитателем творчества Высоцкого из штата Нью-Йорк (США) Виталием Рыбиным, и не полон, но и в таком виде он выглядит солидно.

Из этого списка нас, почитателей Владимира Высоцкого, интересуют спектакли в московском театре Сатиры и в ленинградском театре имени Ленсовета, поскольку в тех постановках использовались песни Владимира Высоцкого. (Возможно, они использовались и в каких-то других постановках этой пьесы, но на данный момент мне об этом ничего не известно.)

О том, что "Последний парад" ставился в Ленинграде, я впервые узнал из публикации дневников Л. Путиевской, жены А. Штейна:

"19 мая (1968 г., – М. Ц.). "Сатира" начала репетиции "Последнего парада". Завтра начинает Владимиров в Ленинграде".*3 (Владимиров был главным режиссёром Театра им. Ленсовета, – М. Ц.)

Долгое время более ничего о ленинградской постановке я не знал. Олег Окулевич, исполнитель роли Шомполова, являющейся одной из главных в пьесе, поразился моему вопросу:

"Я там играл? Совершенно не помню! Песни Высоцкого там, кажется, были, но не помню, какие именно. К работе над спектаклем Высоцкого не привлекали, и в театр он не приезжал, это точно".*4

Подробнее об этом спектакле в 2005 году рассказал мне ныне покойный Анатолий Равикович, в те времена – артист Ленинградского театра имени Ленсовета, исполнитель роли радиожурналиста Марича:

"Это был, в общем, проходной спектакль, он не был "ударным", как у нас говорят. Это был один из трёх спектаклей, которые в те времена театр должен был поставить в течение года. Помню, что в главной роли был Цибин, которого уже нет в живых. Вот, собственно, и всё.

М. Ц. – А какие песни Высоцкого были включены в постановку, не помните?

А. Р. – Одну помню. "Корабли постоят и ложатся на курс..." Эта песня была лейтмотивом спектакля. Я Вам так скажу... В 1968 году у Высоцкого не было такой неимоверной славы. Тогда он был в ряду других бардов, не очень обласканных властью. То, что в этом спектакле были песни Высоцкого, это был, скорее, шаг диссидентский. Начальство морщилось: "Ну зачем вы это сделали?" Наш театр тогда был в числе необласканных и только начинал своё восхождение к известности. Владимиров, постановщик спектакля, делал начальству назло. Он был тогда весёлым и оппозиционно настроенным человеком, поэтому он хотел позлить власть, так песни Высоцкого попали в спектакль.

М. Ц. – Как Вы считаете, помог ли разрешению включить песни Высоцкого в постановку вашего театра тот факт, что они уже были включены в спектакль театра Сатиры?

А. Р. – Нет, наш спектакль был абсолютно независимый. У меня даже впечатление было, что мы его поставили первыми. Я не помню хронологию, это можно посмотреть, но мне кажется, что мы поставили его первыми (это не так: официальная премьера в театре Сатиры состоялась 9 октября 1968 г., а премьера в театре имени Ленсовета – 30 декабря того же года, – М. Ц.), поэтому оглядываться на московский спектакль мы не могли. Я могу точно сказать, что Владимиров московского спектакля не видел.

М. Ц. – Во время работы над спектаклем Высоцкий не приезжал в театр?

А. Р. – Нет, Высоцкий не приезжал. Его никто и не звал. Надо же смотреть в контексте времени. Он не был тогда такой фигурой, как сейчас.

М. Ц. – Вы сказали, что спектакль оказался проходным. Значит, как я понимаю, шёл он недолго?

А. Р. – Да, он особым успехом не пользовался. Видимо, там был неточно найден жанр – то ли это комедия, то ли это драма... Он как-то застрял между жанрами, и публика не очень понимала, что это такое".*5

Итак, в Театр имени Ленсовета Высоцкий не приезжал. Артисты сами разучивали его песни, спросить мнение автора относительно того, согласен ли он с исполнением и музыкальным оформлением, никому и в голову не пришло.

Иное дело – в Москве. При постановке В. Плучеком спектакля в театре Сатиры Высоцкий очень активно участвовал в работе над песнями. Ну, или, во всяком случае, так мы привыкли думать...

В немалой степени способствовал появлению такой точки зрения сам Высоцкий, неоднократно рассказывавший на выступлениях об использовании его песен в "Последнем параде".

"И вот пригласили меня в спектакль московского театра Сатиры "Последний парад" написать несколько песен, желая сохранить моё авторство, моё присутствие. Долго ломали голову, как это сделать. Сначала Папанов звал меня всё время в театр, чтоб я его учил, как петь. Пытался хрипеть, как я, кричать, и так далее. Ну, ничего у него особенно из этого не вышло. Ну и потом мы договорились... Это смешно – учить Папанова, как сделать песню смешной... И он стал это делать в спектакле, как он может. На мой взгляд, – достойно и очень интересно".*6

С небольшими вариациями эту преамбулу к звучавшей в спектакле песне "Утренняя гимнастика" Высоцкий повторял очень часто. Из неё определённо следовало, что Высоцкий бывал в театре Сатиры, принимал участие в обсуждениях сцен и вариантов использования его песен. То есть, участие Высоцкого в работе выглядело достаточно значительным, чтобы начать собирать об этом информацию.

Впрочем, во многом она была собрана до меня и опубликована вместе с упомянутыми выше дневниками Л. Путиевской в 1992 г. в "Библиотеке "Ваганта"". С изучения тех материалов я и начал.

"В 1968 году знаменитый драматург Александр Петрович Штейн принёс Валентину Николаевичу Плучеку пьесу, комедию с морской тематикой, и привёл с собой Володю Высоцкого. Видимо, у него была задумка или договорённость с Валентином Николаевичем, – рассказывал народный артист России Михаил Державин. – Александр Петрович, видимо, хотел показать песни морской направленности, которые были в репертуаре у Володи.

Это прослушивание, или показ, проходил в интимной обстановке где-то наверху в кабинете, меня там не было, но после этого наш композитор и дирижёр Анатолий Кремер сказал: "Володя Высоцкий принёс прекрасные песни. Они, по-моему, будут органичны в нашем спектакле".*7

М. Державин достаточно подробно рассказал о работе над спектаклем, но при этом сказал: "На репетициях я его (Высоцкого, – М. Ц.) не видел, хотя, возможно, он где-нибудь тихонечко, благодаря своей скромности и деликатности, сидел и слушал".*8

Через много лет в беседе со мной М. Державин немного сместил акценты появления Высоцкого в театре Сатиры.

"Мы все любили Володю, Валентин Николаевич (Плучек, – М. Ц.), в том числе. Он сделал такую акцию – взял и пригласил Высоцкого в спектакль по пьесе Александра Петровича Штейна. Я деталей этого не знаю".

То есть, получалось, что уже не драматург, а режиссёр пригласил Высоцкого. Причём, по мнению М. Державина, особых трудностей с утверждением песен Высоцкого у В. Плучека не было.

Цыбульский Марк: Последний парад

Роман Ткачук в роли Шомполова, Анатолий Папанов в роли Сенежина и Михаил Державин в роли Марича в спектакле ''Последний парад''.

"Я думаю, особых проблем не было. Иначе б не звучало там таких хороших песен. Сказали б в Управлении культуры: "Не надо этого!" – и не было бы. А так на всех программках и на афишах спектакля, которые сохранились и висят у нас в театре, стоит фамилия Володи Высоцкого.

В "Последнем параде" Анатолий Дмитриевич Папанов, Роман Ткачук и я играли трёх героев. Папанов был в главной роли, Ткачук играл механика, а я – журналиста по фамилии Марич. Там мы втроём пели песню про зарядку:

Вдох глубокий, руки шире,
Не спешите – три-четыре...

А потом я один пел песню "На север вылетаю из Одессы". Там у Володи была строка про стюардессу – "доступная, как весь гражданский флот". Люди из Главреперткома попросили "доступная" заменить на "надёжная".

Володя был на премьере и на банкете. Там он мне сказал по поводу этой песни: "Мишка, поёшь лучше, чем я!" Отвесил мне такой комплимент..."*9

Всё-таки, видимо, первоначальное мнение М. Державина о том, как песни Высоцкого оказались в спектакле, было верным. Это подтверждает и композитор Анатолий Кремер:

"Я, будучи музыкальным руководителем спектакля, должен был подобрать музыкальные номера, разучить с артистами, а там, где чего-то не хватает, дописать сам музыку. Но Валентин Николаевич Плучек на самом первом этапе сказал, что вот, мол, Александр Петрович Штейн рекомендует и хочет, и это его условие, чтобы в спектакле были песни Высоцкого".*10

"Конечно, Штейн не ставил мне никаких условий относительно песен Высоцкого, – сказал В. Плучек. – Это была его идея, которую я сразу одобрил, хотя я в то время Высоцкого мало знал, так, кое-что слышал: он тогда не был так популярен.

Тогда было принято правильное решение: не надо искать профессиональных композиторов, искать песни для флота и о флоте, а взять Высоцкого, у которого всегда было настоящее "мясо"".*11

"Песни Высоцкого в спектакль предложил Штейн, – сказал мне А. Кремер. – Это было прямо как условие его. (Заметим, что через 20 лет, прошедших после интервью, опубликованного в "Библиотеке "Ваганта"", композитор продолжает настаивать на том, что это было именно условие драматурга, – М. Ц.) Это он очень деликатно, но решительно высказал Валентину Николаевичу и мне. Плучек против не был, и потом как-то увлёкся этим. Вот так и вошли в спектакль песни Высоцкого. Пару-тройку раз Володя приходил в театр, мы беседовали, я слушал его пожелания. И, в общем, всё было хорошо".*12

Обратим внимание: ни А. Кремер, ни В. Плучек ни словом не обмолвились о том, как "ломали голову" относительно использования песен Высоцкого в спектакле...

Рассказывая об исполнении А. Папановым и В. Васильевой песни "Корабли постоят...", А. Кремер замечает:

"Эта песня была как лирический дуэт с оркестром. Она была совершенно по-другому сделана. По-моему, Высоцкий сначала даже был не очень доволен, что она приняла совершенно другой характер.

... Песню "Гимнастика" исполняли Папанов, Державин и Ткачук. Причём это было поставлено балетмейстером: они делали упражнения и пели песню, тоже с оркестром. Было впечатление, что сначала и это не понравилось Высоцкому: он привык к определённому стилю исполнения".*13

То есть, нравилось автору или нет, но песни в спектакле звучали так, как хотели композитор и главный режиссёр. Вероятно, единственное, что мог сделать в этих условиях Высоцкий, так это забрать свои песни, но вряд ли такой вариант даже приходил ему в голову.

"У Володи всегда одна гитара и его голос – причём очень специфический голос, который нельзя ни заменить, ни подменить, а здесь – театр... Володя не возражал и был очень рад – всё-таки музыка его прошла в Академическом театре. Это важно было для него или, по меньшей мере, приятно", – сказал мне А. Кремер.*14

Не соответствует истине и многим хорошо известный рассказ Высоцкого, повторенный им во многих концертах, о том, как именно звучит в спектакле "Утренняя гимнастика".

"Значит, они каким-то образом хотели, чтобы звучал мой голос в театре, и чтобы показать, что там всё-таки мои вещи. Значит, нашли они очень простую форму, а именно: значит, включался там... ну вы знаете, если кто-то видел, там речь идёт о том, что возвращаются моряки, вечером они встретились после шестимесячной разлуки с друзьями, выпили сильно, утром встали, головы у них, конечно, болят у всех. Вот. Но они решают не похмеляться, а включают радио. Вот оно говорит: "Передаём утреннюю гимнастику!" А дальше, вместо гимнастических упражнений, поётся вот эта песня, которую я вам спою, "Утренняя гимнастика". Поётся она моим голосом, и под неё трое взрослых людей в тельняшках, как полосатые черти, значит, Папанов, Державин и Ткачук, делают всевозможные физические упражнения, значит, бегают по сцене и после этого, естественно, создаётся очень резкий комедийный эффект в спектакле".*15

Цыбульский Марк: Последний парад

Михаил Державин и Анатолий Папанов в спектакле по пьесе А. Штейна ''Последний парад'' на сцене Московского академического театра Сатиры.

На самом деле, "если кто-то видел", то и моряки не встречаются после шестимесячной разлуки, и голос Высоцкого из радиоприёмника не звучит, а поют её упомянутые им артисты театра Сатиры. Зачем понадобилось Высоцкому искажать действительность?

Мне думается, причина могла заключаться в том, что с 1975 года он часто выступал от общества "Знание". Разумеется, выступления продолжали оставаться сольными концертами Высоцкого, но назывались теперь они иначе: официально Высоцкий не пел, а читал лекцию на тему "Музыка и поэзия в театре и кино", иллюстрируя сказанное песнями. И вот для того, чтобы дать пример использования песни в спектакле, ему пришлось слегка покривить душой...

Можно, конечно, предположить и другое: вариант с использованием голоса Высоцкого обсуждался в ходе работы над спектаклем, но, в конечном итоге, не прошёл, о чём автор песен не знал, поскольку на репетициях не бывал и, не исключено, никогда не видел постановки "Последнего парада".

Видимо, здесь же следует сказать ещё об одной неточности в изложении Высоцкого. Правда, в фонограммах она встречается только один раз, но, тем не менее, специалисты эти слова Высоцкого хорошо знают:

"В спектакле московского театра Сатиры "Последний парад" я написал несколько песен. Причём, когда я писал их, я имел в виду уже людей, которые их будут исполнять. Например, Анатолий Папанов. Я для него специально, зная его характер – я с ним снимался много – я, значит, для него написал какую-то песню. Ещё для Новикова написал песню, ещё для кого-то..."*16

На самом деле песни написаны не для постановки театра Сатиры, а для пьесы. Высоцкий написал их за несколько месяцев до того, как В. Плучек начал работу над "Последним парадом", поэтому он просто не мог знать, кого из актёров и в каких ролях задействует режиссёр.

В спектакле использованы пять песен Высоцкого: "Гимнастика", "Песня Сенежина", "Цыганочка", "Москва – Одесса" и "Корабли". Как мы помним, А. Кремер пишет, что "поначалу" Высоцкому не нравилось, как они там звучали. Значит, он всё-таки бывал на репетициях? Но М. Державин его там не видел. Послушаем других участников спектакля.

Рассказывает народная артистка СССР Вера Васильева, исполнительница роли Даши:

"Он пришёл на репетицию с гитарой. Маленький, худенький, на мой взгляд, как мальчик. Очень-очень скромный... Он почти сразу же взял гитару и начал петь. Может, это не была репетиция. Но хорошо помню, что это было не вначале, мы уже репетировали, у нас были нажиты взаимоотношения, мы предполагали, что что-то запоём, и вот Валентин Николаевич его пригласил, а мы все стали слушать... Больше Володю на репетициях я не видела, хотя, может, он и появлялся".*17

Второе короткое свидетельство принадлежит заслуженной артистке России Наталье Защипиной, исполнительнице роли Юли, которая на мой вопрос ответила так:

"На репетициях "Последнего парада" Высоцкого я не видела никогда. На премьере, кажется, его тоже не было. Я его вообще в нашем театре никогда не видела. Может, он и заходил, но чтоб мы знали, что на премьере у нас Высоцкий – нет, такого я не помню. Сама я песни Высоцкого не пела, у меня была песня Таривердиева".*18

Более подробно рассказал мне о спектакле первый исполнитель роли Геращенко заслуженный артист России Владимир Долинский:

"Я Высоцкого на репетициях не видел ни разу. Я пел его песню "Нат Пинкертон – вот с детства мой кумир..." Все песни разучивались без участия Высоцкого. У нас были два концертмейстера – Инночка Москвина и Галя Супонева, вот с ними и разучивали. (В известных мне программках "Последнего парада" указан только один концертмейстер – Г. Супонева, – М. Ц.) В спектакле артисты пели свои песни под фонограмму. То есть, пели они на самом деле, но под музыкальную "минусовку".

На премьере Высоцкого не было. Я это уверенно говорю, потому что я бы это запомнил – я Володю знал раньше. Был такой период, начиная с 1967 года, когда мы снимали с актёрами номер в Центральных банях. Приходили туда каждое воскресенье, приносили с собой пожрать и выпить. И Володя несколько раз приходил туда. Я не столько помню, что он пел, как то, что он делал сложную акробатическую фигуру на столе – он был чудный гимнаст. Пару раз он был у меня дома. Яркого впечатления он тогда не произвёл, – ну, мы пили, закусывали...

Какие-то моменты спектакля остались в памяти. Великолепно пели "Утреннюю гимнастику" Папанов, Ткачук и Державин. Помню, как на одном из премьерных спектаклей упился Боря Новиков (исполнитель роли Понедельника, – М. Ц.), и мы со Спартаком Мишулиным раскидали его текст между собой... Вообще это был очень забавный и симпатичный спектакль. Он очень хорошо принимался, потому что там были "кабачкисты". Плучек, с одной стороны, бахвалился этим нашим успехом, а с другой стороны, он ненавидел "Кабачок 13 стульев", потому что шли не на спектакли театра Сатиры, а чтобы увидеть героев этой передачи на сцене. Спектакль достаточно долго держался в репертуаре и получил хорошую прессу".*19

Итак, ни Н. Защипина, ни В. Долинский не помнят Высоцкого не только на репетициях "Последнего парада" (что, видимо, соответствует действительности), но и на премьере. О присутствии Высоцкого на банкете после премьеры вспоминает М. Державин, чьи слова приводились выше, и А. Кремер:

"После премьеры мы и водку пили, и всё такое... На дружеском банкете я впервые услышал, как он поёт "Охоту на волков". Я попросил его исполнить эту песню ещё раз, он отказывался, Плучек тогда к нему: "Володя, ну наш маэстро просит. Исполните, пожалуйста, ещё раз". И тогда он спел ещё раз. Это было именно в день премьеры. После этого у нас с ним уже были эпизодические встречи на уровне "здравствуйте – до свидания".

Как ни странно, судя по его записям, он был достаточно брутальным парнем, а в жизни – очень деликатным человеком, умным и остроумным. А Александр Петрович Штейн был очень доволен результатом – его идея восторжествовала".*20

Ранее мы говорили о песнях, которые вошли в окончательный вариант пьесы, но, полагаю, надо сказать и о тех, которые туда не вошли, но предлагались автором.

Таких песен восемь. Изначально для спектакля написана "Песня Понедельника" ("Понятье "кресло" интересно..."). Она существует только в виде текста, авторских фонограмм не обнаружено. Полагаю, что и песня "Один музыкант объяснил мне пространно..." тоже писалась для "Последнего парада". Предлагались также песни, написанные ранее: "При всякой погоде раз надо – так надо...", "Дурачина", "Ты думаешь, что мне не по годам…", "Формулировка", "В королевстве, где всё тихо и складно..." и "Дела! Меня замучили дела..."

В результате анализа собранной информации можно сделать вывод, что сложившееся мнение об участии Владимира Высоцкого в работе над спектаклем "Последний парад" (даже – в непосредственном использовании в постановке его собственных песен) было в значительной степени преувеличено. В 1968 году он ещё не был той фигурой, с которой советовались режиссёр и композитор, но те времена были уже не за горами. Когда в 1971 году Галина Волчек ставила в "Современнике" "Свой остров", Высоцкий уже активно участвовал в работе, а на премьере стоял на сцене вместе с артистами и принимал поздравления.

Примечания

1. Велехова Н. "Валентин Плучек и привал комедиантов на Триумфальной, 2" Москва. 1999 г. стр. 173.

2. А. Штейн "Последний парад". Дневник жены. Воспоминания. Комментарии" // библиотека ж. "Вагант", Москва. 1992 г. № 26 стр. 18-19.

3. Там же стр. 19.

4. Фонограмма беседы от 10.12.2005 г.

5. Фонограмма беседы от 26.12.2005 г.

6. Фонограмма выступления. Москва. МВТУ. 26 декабря 1976 г.

7. А. Штейн "Последний парад". Дневник жены. Воспоминания. Комментарии" // библиотека ж. "Вагант", Москва. 1992 г. № 26 стр. 10.

8. Там же стр. 11.

9. Фонограмма беседы от 21.04.2005 г.

10. А. Штейн "Последний парад". Дневник жены. Воспоминания. Комментарии" // библиотека ж. "Вагант", Москва. 1992 г. № 26 стр. 14.

11. Там же стр. 19.

12. Фонограмма беседы от 14.10.2012 г.

13. А. Штейн "Последний парад". Дневник жены. Воспоминания. Комментарии" // библиотека ж. "Вагант", Москва. 1992 г. № 26 стр. 15.

14. Фонограмма беседы от 14.10.2012 г.

15. Фонограмма выступления. Московская обл., Химки. ДК "Родина". 4 февраля 1976 г.

16. Фонограмма выступления. Московская обл., Подольский район, пос. Вороново. Пансионат Госплана и Госстроя СССР. 1977 г.

17. А. Штейн "Последний парад". Дневник жены. Воспоминания. Комментарии" // библиотека ж. "Вагант", Москва. 1992 г. № 26 стр. 20-21.

18. Фонограмма беседы от 7.10.2012 г.

19. Фонограмма беседы от 6.10.2012 г.

20. Фонограмма беседы от 14.10.2012 г.

© 2000- NIV