Андриенко Е. В.: К созданию словаря поэта. Слово "круг" и его системные связи в текстах стихотворений В. Высоцкого

К СОЗДАНИЮ СЛОВАРЯ ПОЭТА: СЛОВО «КРУГ»

И ЕГО СИСТЕМНЫЕ СВЯЗИ

В ТЕКСТАХ СТИХОТВОРЕНИЙ В. ВЫСОЦКОГО

Неужели мы заперты
в замкнутый круг,
Неужели спасет
только чудо?

В. Высоцкий Черный принц.

II, 228

Одним из часто употребляющихся слов в ряду наиболее идеологически важных стихотворений является слово «круг». Рассмотрим функци-онирование этого слова в текстах, проследим идущие от него «нити словесных ассоциаций», выявим смысловую осложненность этого слова и других, входящих с ним в «один семантический комплекс», а также определим их роль в выражении понятий и идей автора – в воплощении авторской картины мира.

Словарь дает такие значения слова: «Круг. Часть плоскости, ограниченная окружностью. 2. Участок какой-либо поверхности, приближающийся по форме к такой фигуре. 3. Окружность. 4. Предмет, имеющий форму круга или кольца. 4. перен. Замкнутая цепь дел, событий, исчерпывающих в своей совокупности развитие, совершение чего-нибудь. 6. Область, сфера какой либо деятельности. 7. Группа людей, объединенных какими-либо связями. 8. Общественная, профессиональная группа людей (11,179).

Особенность словоупотребления В. Высоцкого часто является то, что в семантический объем слова включаются одновременно разные словарные значения, слово выступает как бы в нескольких лексико-семантических вариантах сразу, рождая из отголосков разных смыслов свой, новый, единственный смысл – содержание художественного образа.

(1)

Только чашу испить – не успеть на бегу
……………………………………………
На вертящемся гладком и скользком кругу
Равновесье держу, изгибаюсь в дугу!
Что же с чашею дела?! Разбить не могу!
Потерплю – и достойного подстерегу:
Передам – и не надо держаться в кругу
И в кромешную тьму и в неясную згу, -
Другу передоверивши чашу, сбегу!
Смог ли он ее выпить – узнать не смогу
Я с сошедшими с круга пасусь на лугу.
………………………………………….
На ослабленном нерве я не зазвучу –
Я уж свой потяну, подновлю, подвинчу!
………………………………………………
Лучше голову песне своей откручу
Но не буду скользить, словно пыль по лучу!

Мне судьба до последней черты до креста…………1,550

Обратим внимание на то, что небольшой по объему текст насыщен словами с общими компонентами в значении: Вертеться. 1. Вращаться, кружиться (1, с. 190). Дуга. 1. Часть окружности или другой кривой линии (1.613). Изгибаться. 1. Гнуться, принимая вид дуги (1, с. 468). Подвинтить. Винтить, вращая винт… (1.225). Открутить. Крутя, поворачивая, оторвать (Крутить. Приводить в круговое движение, вращать вертеть (11,183). Гладкий (1.Ровный, без впадин и шероховатостей. 2….плавный, 1.417) создает ассоциацию по указанным свойствам с линией окружности, а «скользкий» (1. Совершенно гладкий, почти не создающий трения, 1.159), примыкая к нему на основе общей семы в прямом значении развивает, усиливает ее, поддерживая переносными значениями («Скользкий. 1. … перен. Ненадежный, опасный, могущий привести к дурным последствиям (о жизненном пути, направлении деятельности). 2. перен. Таящий в себе что-то опасное, затруднительное или двусмысленное. . 159). Все эти слова участвуют в развитии темы «круга». В тексте слово «круг» обладает словарными значениями. Это круглая площадка («Круг. … 2. Кргулая площадка». С. 270) – может быть, вращающаяся часть сцены, где выступает певец (2-е значение); здесь требуется выполнение определенных обязанностей, долга – «испить чашу»» - (4-е) и объединяются какие-то люди, другие же – вне круга, «на лугу» (7-е, 8-е значения). Но в контексте все эти значения отходят на задний план, звучат отдаленно, заглушаясь обобщенно-символическим значением, складывающимся в этом стихотворении и в других. Этот «круг» - место действия, арена жизни, сама жизнь, деятельность. Она предъявляет к поэту свои требования. Выполнить их, сохранив равновесие, невозможно в силу свойств круга, которые, как показал лексико-семантический анализ, являются для него органичными, выражают его природу. Так круг становится воплощением всего, что мешает поэту исполнить свою миссию. Круг навязывает ему свои свойства, принуждает «изгибаться в дугу», что не потерять равновесия, угрожает приучить к скольжению – заставить «скользить, словно пыль по лучу» («Скользить. 1. Двигаться, катясь по гладкой, скользкой поверхности.//Не иметь устойчивости, сдвигаться со своего места, не удерживаясь на гладкой, скользкой поверхности, соскальзывать (вниз – заметим и запомним это) . с. 158. Поверхность. 1. Наружная сторона чего-либо. III, с. 219.

Тема изогнутости, искаженности развивается дальше – в образе «ослабленной», ненатянутой, не прямой струны-нерва. Альтернативой кругу мыслится уход, («сбежать», «сойти с круга»), альтернативой равновесию – падение. Круг опасен. Тема опасности, зла имеет и еще более конкретное развитие. Все рассматриваемые здесь слова устойчиво сочетаются в языке со словами со значением говорения, речи или словесного творчества: «гладкая речь, скользкий разговор, скользкая тема, скользить по поверхности темы: круг тем, проблем, вопросов». Круг 4. …//Перечень чего-либо (с. 179, ), т. е. закрытый список, что подсказывает наличие еще одного смыслового среза – темы полноты правды: отсутствие такой полноты для поэта равносильно лжи. Ненависть к обтекаемым формам в жизни, к поверхностной, неглубокой деятельности рождают резкий протест, стремление любой ценой не подчиниться нормам круга, уйти, сбежать – или «загулять», «запить», «заторчать», - выход возможен только иллюзорный, временный. Так «круг» - в самом лексическом значении слова отметим сему ограниченности, замкнутости – становится выражением идеи несвободы, символом тюрьмы – и безнадежной, беспредельной тоски по свободе, безумного порыва к выходу.

Отметим еще один смысловой компонент [1] у слов рассматриваемой группы. «Скользить. 1. …//Пробегать не останавливаясь, не задерживаясь долго на чем-либо, мелькать, , с. 159. Сравним: «Чашу испить не успеть на бегу». Так передается понятие «суеты и кутерьмы» - как и в других рассматриваемых ниже стихотворениях. «Вертящийся круг» напоминает о колесе, в котором вертится белка. Тема верчения достаточно настойчиво звучит в стихотворении, рождая противопоставление: «вертеться» - проводить время в суете и хлопотах – «жить», действовать, творить в истинном значении этого слова.

Раскрытию содержания «вертящегося круга» служит также «отблеск» еще одного значения слова «вертеться»: «3. Увиливать, уклоняться от прямого ответа; хитрить» (1, с. 190).

Сема замкнутости, отсутствия выхода реализуется в следующем тексте

(2)

Мосты сгорели, углубились броды,
И тесно – видим только черепа
И перекрыты выходы и входы
И путь один – туда, куда толпа.

И парами коней, привыкших к цугу,
Наглядно показав, как тесен мир,
Толпа идет по замкнутому кругу
И круг велик, и сбит ориентир.

…………………………………

Ничье безумье или вдохновенье
Круговращенье это не прервет.
Не есть ли это – вечное движенье,
Тот самый бесконечный путь вперед?

Мосты сгорели, углубились броды…, 1,406

В основе значения слова «круг» здесь лежит сема непрерывности, бесконечности и безначальности линии окружности. Круг – это путь, жизнь, но – искаженная, ненормальная. Ограниченность, замкнутость порождают, несмотря на то, что «круг велик», ощущение тесноты, скованности, несвободы. «Тесно. 2. …//Об отсутствии простора, свободы движения.//…для проявления, использования чего-либо. IV, с. 495. Тесный. 1. …//перен. Охватывающий немногое и немногих, узкий, ограниченный», там же. Такое обилие близких по значению слов усиливает впечатление безысходности, удушающей ограниченности, бедности, выхолощенности жизни. Отметим мысль автора о том, чтобы прервать это «круговращенье».

Близкое значение реализует слово «круг» в следующем примере:

(3)

Здесь малина, братва, нас встречают малиновым звоном.
Все вернулось на круг, и распятый над кругом висел.

Райские яблоки, 1,515

Здесь круг – это жизнь, полная бесконечных страданий? Не прекращающихся даже после смерти. Круг приобретает значение бытия, в основе его – несправедливость и ложь: рай оказывается обманом, искуплением – мифом. Слово «круг» здесь входит в семантическое поле слов, характеризующих этот рай»: «засов, этап, на коленях, беспредел, сторожить – и распятье, стрелять (без промаха в лоб), убить». Слово получившее компонент значения «несвобода», «тюрьма» в самом творчестве поэта, встав в один ряд со словами, имеющими такой смысловой компонент в языке, усилило, обострило идею невозможности выхода, а само приобрело сему обреченности, связанности с насильственной гибелью.

В приводимых ниже стихотворениях группа слов, устойчиво сопровождающих «круг», включает и другие слова:

(4)

Так дымно, что в зеркале нет отраженья
И даже напротив не видно лица,
И пары успели устать от круженья -
И все-таки я допою до конца!

В оркестре играют устало, сбиваясь,
Смыкается круг, не порвать мне кольца…
Спокойно! Мне лучше уйти улыбаясь, -
И все-таки я допою до конца!
……………………………………….
Все нужные ноты давно сыграли,
Сгорело, погасло вино в бокале,
Тусклей, равнодушней оскал зеркал…

Так дымно, что в зеркале нет отраженья… 1,374

(5)

Смеюсь навзрыд, как у кривых зеркал, -
Меня, должно быть, ловко разыграли:
Крючки носов и до ушей оскал –
Как на венецианском карнавале!

Вокруг меня мыкается кольцо –
Меня хватают, вовлекают в пляску, -
Так-так, мое нормальное лицо
Все, очевидно, приняли за маску.

……………………………………..

……………………но все не так, -
И маски на меня глядят с укором, -
Они кричат, что я опять не в такт,
Что наступила на ноги партнерам.
………………………………………
Я в хоровод вступаю хохоча…

Маски, 1,338

Искажающие зеркала, невозможность видеть вокруг лица (из-за дыма или масок), общая пляска, где нужно двигаться «в такт», неискренний, ненастоящий смех, атмосфера карнавала, розыгрыша, где нормальное лицо просто не воспринимается – ложь стала нормой, - и невозможность прорвать смыкающееся кольцо. («Кольцо. 1. Предмет в форме окружности. Положение, при котором кто-нибудь полностью ограничен, изолирован от окружающего, замкнут круговой линией…, с. 250). Жизнь – хоровод – «… движение по кругу с песнями и танцами» (IV, с. 803). В сознании автора снова возникает альтернатива «допеть» - «уйти». Значение слова «круг» и дальше развивается в двух направлениях: как выражение идеи лжи, искажения нормы и идеи несвободы (в основе прямые значения изогнутости, кривизны линии окружности – и замкнутости, непрерывности этой линии).

(6)

Только балагуря, тараторя –
Все грустнее становился мим:
Потому что груз чужого горя
По привычке он считал своим.
Тяжелы печали, ощутимы –
Шут сгибался в световом кольце, -
Делались все горше пантомимы,
И морщины глубже на лице.

Енгибарову – от зрителей, 11,61

Мим сдавлен, задавлен чужим горем, стиснут, задушен кольцом чужих бед – так ассоциируется содержание стихотворения с образом светового кольца – слово «кольцо» получает определенное смысловое приращение в творчестве поэта.

«Смыкающееся кольцо», «замкнутый круг» выступают в других стихотворениях еще более темными, зловещими:

(7)

В мозгу моем, который вдруг сдавило
Как обручем, - но так его дави!
Варшавское восстание кровило,
Захлебываясь в собственной крови…

Из дорожного дневника, 11,87

«Сдавить. 1. Плотно окружив, обхватив, сжать, стиснуть, IV, с. 88. Давить.I. … // перен. Притеснять.//перен. Угнетать, тяготить// перен. Заглушать, подавлять. 3.Умервщлять удушением, душить. (I, с. 486). Как видим, в значениях слова, непосредственно сочетающегося со словом «обруч», присутствует компоненты «связанный со смертью», «угрожающий смертью». В следующем примере также звучит мотив угрозы, страха:

(8)

Воспоминанья кружатся,
Как комариный рой
……………………..
Виденья все теснее,
Страшат величиной.

Общаюсь с тишиной я…, II, 184

В стихотворении «Памятник» идея удушающей тесноты, узости, ограниченности, несвободы и идея искажающей лжи как бы сливаются воедино для того, чтобы окончательно убить человека, уничтожив память, истинное представление о нем.

(9)

Я при жизни был рослым и стройным,
Не боялся ни слова, ни пули
И в привычные рамки не лез, -
Но с тех пор, как считаюсь покойным.
Охромили меня и согнули
К пьедесталу прибив ахиллес.
………………………………….
Я не знал, что подвергнусь суженью
После смерти…
………………………………………….
Саван сдернули – как я обужен,
Нате, смерьте!
Неужели такой я вам нужен
После смерти?!

Памятник, I,432

«Сужение. 1/ Действие по значению глагола сузить. Сузить. 1. Сделать узким или уже; сделать слишком узким. 2. Уменьшить, ограничить, сократить», (IV, с. 414). «Обузить. 1. Сделать уже, теснее чем нужно». (II, с. 784). «Узкий. 2. перен. Охватывающий немногое или немногих, ограниченный. 3. перен. Лишенный широты (взглядов, кругозора)», IV, с. 649. Эти слова называют не только состояние поэта, но и свойства тех, кто «обузил» незаурядную личность в соответствии со своими представлениями – узкими, ограниченными. В тексте возникает синоним «узкий» - «обычный», «общепринятый: «обуженный» - нормальный, соответствующий привычным меркам. Слова с семой ограниченности, узости становятся характеристикой всего окружающего.

В это семантиче6ский комплекс входит и слово «согнуть» - заставить принять положение, при котором оказывается занятым меньшее пространство, уменьшиться, сузиться, соответствовать привычным рамкам. Переносное словарное значение тоже присутствует в тексте: «3. перен. Покорить, сломить» (IV, с. 250).

Тема удушения, сужения личности проходит через ряд образов в стихотворении: стесанность черт лица гипсовой маской, закованность тела в гранит, согнутость, «вбитость» в обычные рамки, «упрятанность» в покрывало. Слова «обужен», «суженье», «согнутый» в этом ряду тоже получают обобщенное, символическое, образное содержание. «Сужень» звучит и синонимом искажения, лжи – лжи убивающей, делающей человека «всех мертвых мертвей».

В двух нижеследующих текстах слова «кружить», «круг» имеют значение «смыкающегося кольца» - смерти, зловещего предзнаменования. В стихотворении «Очи черные» слово «круг» находится в привычном ассоциативном ряду слов со значением кривизны, отклонения от прямой линии.

(10)

И лопнула во мне терпенья жила,
И я со смертью перешел на ты.
Она давно возле меня кружила
Побаивалась только хрипоты.

Мой черный человек в костюме сером…, I, 173

(11)

Никого – только тень промелькнула в сенях
Да стервятник спустился и сузил круги
………………………………………..
Образ в углу –
И те перекошены.
………………………………………..
Что за дом такой,
Почему во тьме,
Как барак чумной?
Свет лампад погас, -
Воздух вылился
Али жить у вас разучилися?
……………………………………..
Укажите мне место, какое искал, -
Где поют, а не стонут, где пол не покат
………………………………….
Испокону мы в зле да шепоте,
Под иконами в черной копоти
……………………………..
И из смрада, где косо висят образа,
Я башку очертя гнал
……………………………………..
Только я проглочу вместе с грязью слюну,
Штофу горло скручу

Очи черные, I, 461

Жизнь в описанном доме ненормальна, искажена. Перекошенные образа, покатый пол – все говорит о потере равновесия, разбалансированности жизни в доме, неустойчивости, утрате основы, стержня. «Перекосить». 1. Сделать косым, несимметричным; искрив-лять.//Расположить косо. //Придать неестественное, искаженное выражение…, 111, с. 943.

Косой. Расположенный, идущий наклонно, под углом к горизонтальной поверхности, не прямой. 2. Искривленный, перекошенный. 4. перн. Недоверчивый, подозрительный, недружес-твенный. 11, с. 146. Покатый. Наклонный, постепенно понижающийся. 111, с. 336. В тексте слова совмещают разные языковые значения. Например, «перекошены» - «повышены косо, криво, но в контексте: «В дом заходишь как Все равно в кабак. А народишко – каждый третий – враг. Своротят скулу. Гость непрошеный! Образа в углу – И те перекошены», т. е. имеют искаженное выражение, недружелюбное, враждебное (о ликах на иконах), как могло показаться попавшему в тягостную атмосферу дома герою. В контексте же стихотворения в целом «перекошенный», «косой» приобретают значение неправедной жизни в широком смысле.

С этим стихотворением перекликается другое – «Я из дела ушел…»:

(12)

Я по скользкому полу иду
Каблуки канифолю,
Подымаюсь по лестнице
И прозу на чердак
………………………
Паутину в углу с образов
Я ногтя им сдираю
II, 433

Образ дома, где на скользком полу можно упасть на покатом – “покатиться», потеряв устойчивость, равновесие, где забыты образа и высокие моральные норма – имеет устойчивое лексическое воплощение. Участвующие в выражении идеологически важных понятий слова связаны тесными ассоциативными и смысловыми связями. Автор черпает в семантическом богатстве языка все необходимые средства, которые являются основной для создания неповторимого художественного образа, выражения авторского замысла.

Далее обратимся к тем стихотворениям, где описание круговорота действительности сменяется изображением человека в ней:

Он [жлоб] ждет, когда закону свой виток
Моей рукой выведет он строчку, -
И стану я расчетлив и жесток
И всех продам – гуртом и в одиночку

Я оправданья вовсе не ищу –
Пусть жизнь уходит, ускользает, тает, -
Но я себе мгновенья не прощу, -
Когда он вдруг меня одолевает.

Но я собрал еще остаток сил, -
Теперь его не вывезет кривая:
Я в глотку, вены яд себе вгоню –
Пусть жрет, пусть сдохнет, -
Я перехитрил!

Меня опять ударило в озноб…, 11, 168

«Закончить виток» - «замкнуть круг», что отдаться пороку, злу, потерять устойчивость – когда уже не просто пол уходит из-под ног, но вся жизнь «ускользает», а остается только ужасный «жлоб» - и предательство, жестокость, измена самому себе – страшное искривление человека. Этого искривления нельзя избежать, находясь в круге, в давящем тесном пространстве, держа равновесие на предательской крутящейся, скользкой поверхности, в пустой круговерти жизни.

Олицетворенный образ кривой – компонента многих русских фразеологизмов («Кривая вывезет – поможет что-нибудь непредвиденное; Куда кривая ни вывезет – что бы ни случилось, будь что будет, - Ср.: «Сбит ориентир» (2) – На кривой не объедешь – не обманешь, II, с. 169) – как образ собственной судьбы поэта, на которую, при всей ее уродливости, приходится уповать («Только вывези!»), вырастает в стихотворении «Две судьбы»:

(14)

Вдруг навстречу мне живая
Колченогая Кривая…
…………………………….
Взвыл я, ворот разрывая:
Вывози меня, Кривая, -
я на привязи!
Мне плевать, что кривобока,
Криворука, кривоока, -
только вывези!
Влез на горб к ней с перепугу, -
Но Кривая шла по кругу –
ноги разные.
Падал я и полз на брюхе,
И хихикали старухи
безобразные.
Слышь, Кривая, четверть ставлю –
Кривизну твою исправлю,
раз не вывезла!
…………………………………….
Я пока за кочки прячусь –
К бережку тихонько пячусь –
С кручи прыгаю…

Две судьбы, I, 52.

Кривая – единственно возможная в условиях круга судьба, путь: «…Кривая шла по кругу – ноги разные» . В «Памятнике» поэт говорит о себе. «… И косую неровную сажень Распрямили». («Косая сажень в плечах, в косую сажень ростом», - так говорят о широкоплечем, рослом человеке, см. IV, с. 147). Слова «неровную» и «распрямили» актуализируют в слове «косая» сему кривизны с теми приращениями, которые получены ею в данной творческой системе, делая все выражение средством не внешней, а внутренней характеристики личности. Ср.: Неровный. 1. Лишенный прямизны, с изгибами кривой. 5. Неуравновешенный, неустойчивый. Неровный характер. 6. Неодинаковый в своих отдельных частях, с чередующимися удачными и неудачными местами (о стиле, слоге и т. п., IV, с. 656). Посмертное «исправление» - ложь, которая хуже самой «кривизны». Так поэт утверждает сложность, неоднозначность своей личности. «Живой» - значит непростой – не удобный и приятный всем, а вобравший в себя все воздействие, влияние жизни, далекой от совершенства, искривленной. Так, через отрицание лжи, искажение провозглашается принцип правды, горькой, но полной, без купюр.

Отметим, что, несмотря на отсутствие реального выхода (автор то в «замкнутом кругу», то «на привязи», то «к постаменту прибит»), - сам порыв, стремление к освобождению представляет собой яркую поэтическую реальность – главную, определяющую реальность духовного мира автора. Через все стихотворение «Две судьбы» проходит мотив погони: освобождаясь от своих преследовательниц, герой «с кручи прыгает», в «Памятнике» - отряхивая с себя «гранитное мясо», уходит с постамента.

Одно из черт Кривой – горб («Влез на горб к ней с перепугу»). Эту деталь как проявление «кривизны» использует автор и в других стихотворениях, где, как всегда, за внешней – иное, подтекстное содержание.

(15)

Люди понимающие ездят на горбатых.
На горбах катающие
грезят о зарплатах.
Счастливы горбатые,
по тропочкам несясь:
Бедные, богатые –
У них, а не у нас!

Много во мне маминого…., 1.127

(Ср.: «Горб. 1. Уродливая выпуклость на спине или на груди человека, образующаяся вследствие искривления позвоночника или грудной клетки. // Спина.» I, с. 444). Вся строфа построена на деидиоматизации фразеологизма «своим горбом зарабатывать» («тяжелым трудом», I, с. 444). «Горбатый» становится самостоятельным образом, значение слова в тексте вбирает в себя словарные и может быть в общем сформулировано так: «уродливый», «убогий», «с искалеченным сознанием», «обманутый», «одураченный», «оболваненный» - в отличие от людей «понимающих», но тоже искривленных, только по-другому…

Тема согнутой спину («Гнуть спину» - кланяться, выражать покорность, заискивать, I, с, 431), согбенности, горбатости – как выражения внутреннего искривления (страха, потери достоинства) проходит через многие стихотворения: «На ум и кисть творцу попала туша – И дюжие согбенные детины. Вершащие дела нечеловечьи», , 162; (16): «Бывало, вырывался я на корпус. Уверенно, как сам великий князь. Клонясь вперед – не падая, не горбясь, А именно намеренно клонясь». (17): «Смерть крадется сзади ну… Я в живот ее пырну – Сгорбится в поклоне , 177. (18): «Я от земного низкого поклона Не откажуся, хоть я спины не гнул. 1, 552. (19) и наконец

(20)

Во сне я лгал и предавал,
И льстил легко я…
А я и не подозревал
В себе такое
………………………
Я не шагал, а семенил
На ровном брусе
Ни разу ногу не сменил –
Трусил и трусил.
Я перед сильным лебезил,
Пред злобным гнулся.
И сам себе я мерзок был,
Но не проснулся
………………………………
Что было правдою во сне
Что было ложью?
……………………….
Но вспомню –
И всего меня перекорежит
…………………………
Но скажут мне: «Пой в унисон
Жми что есть духу!»
И я пойму – вот это сон,
Который в руку!

Дурацкий сон как кистенем…., 11, 153

Здесь слово «гнулся» попадает в ряд слов с отрицательной окрашенностью, что усиливает его собственное негативное содержание.

В ряде стихотворений лексически выражается противопоставление «кривого», «изогнутого» - и «прямого» - в поведении человека, в выборе пути.

Непосредственное выражение этого противопоставления в текстах делает еще более определенной, однозначной авторскую позицию. Например:

гнуть – прямой

(21)

Спины не гнул
Прямым ходил

1, 389

Напрямую – по кругу

(22)

Впервые скачет время напрямую – не по кругу

Пожары, 1,565

На кривой – напропалую

(23)

Судьбу не обойти на вираже
И на кривой на вашей не объехать
Напропалую тоже не протечь
Я спокоен – он мне все поведал…, II, 160
Обогнуть – трудный путь (т. е. прямой)

(24)

И можно свернуть, обогнуть,
Но мы выбираем трудный путь
Опасный, как военная тропа
Здесь вам не равнина…,

Иллюстрированное выше противопоставление поддерживается словами «обойти», объехать, «обогнуть», «свернуть», «вираж». Все они имеют сему «непрямого», «изогнутого» пути – «по кругу». («Обойти. 1. Пройти вокруг чего-либо…, с. 386. Обогнуть. 1. Обойти кругом, с. 385. Вираж. 1. Поворот с креном самолета или поворот по кривой автомобиля, велосипеда. 2. Поворот … с уклоном внутрь, с. 687.

Дальше данное противопоставление конкретизируется так: «говорить прямо», «открыто» - и «не прямо», «между строк», иносказательно, эзоповым языком:

(25)

Да что вы все вокруг да около,
Да спрашивайте напрямик

Я все вопросы освещу сполна…, 1,326

(27)

Средь суеты и кутерьмы –
Ах, как давно мы не прямы! –
То гнемся бить поклоны впрок,
А то завязывать шнурок…
Стремимся вдаль проникнуть мы, -
Но даже светлые умы
Все размещают между строк
У них расчет на долгий срок…

Мы все живем как будто, но…, 1,450

(В дополнение к этому можно привести такие строчки:

(28)

Ответ: во мне Эзоп не воскресал,
В кармане фиги нет – не суетитесь,
А что имел в виду, то написал…

Я все вопросы освещу сполна, 1,148)

В следующем ниже тексте можно увидеть сопоставление пути «по спирали» - как упорядоченного, правильного – и пути «вкривь» и «вкось» (эти слова реализуют здесь значения: «1. Во все стороны, в различных направлениях, беспорядочно. 2. перен. Различным образом, всячески, превратно, 1, с. 230):

(29)

Я думаю, ученые наврали, -
Прокол у них в теории, порез:
Развитие идет не по спирали,
А вкривь и вкось, вразнос, наперерез.

У профессиональных игроков…, II, 148.

Это противопоставление косвенно присутствует и в тексте (13), где употреблено слово «виток» - с семой кругообразной формы, но без семы замкнутости («Виток. 1. оборот винтовой, спиральной линии, 1,230; «Спираль. 1. Кривая линия, образованная рядом оборотов, IV, 309). «Виток» - обозначение периода жизни относительно нормальной жизни между запоями.

Далее слова с корнями – крив-, кос-, круг-, крут- сопровождают тему насилия, болезни, паранойи – уродливого, болезненного искажения общественного сознания.

(30)

Либо света конец и в мозгах перекос, -
Только били нас в рост из железных стрекоз

Охота с вертолета или Конец охоты на волков, 1,562.

(31)

Я, было, взвизгнул, но замолк –
Сухие губы на замок, -
А он [палач] кривился, мок,
Писал и ликовал.
………………………………..
Я терт и бит, и нравом крут,
Мог вразнос, могу враскрут
………………………………..
В лазах круги, в мозгу нули, -
Проклятый страх, исчезли
Они же просто завели
Историю болезни
……………………………….
Ваш диагноз – паранойя…

История болезни, 1,504-507

Здесь неоднократно отмечалось стремление героя вырваться из замкнутого круга, искривленного пространства. Желанный выход всегда ассоциируется с резким движением вниз, падением. Тема обрыва, края, пропасти, бездны как альтернативы принятия «изогнутости» как нормы звучит во многих стихотворениях: «Я лег на сгибе бытия, на полдороге к беде» (История болезни, 1,509); «Он без страховки идет. Чуть правее наклон – упадет, пропадет! Чуть левее наклон – все равно не спасти…» (Кони привередливые, 1.378); «Крутые скользкие края имеет эта колея» (Чужая колея, 1,426).

Только в стихотворении «Нить Ариадны» (11.99) из лабиринта – предельного выражения изогнутого, непрямого пути! – намечается положительный выход. Этот выход – Любовь…

Словоупотребления в последующих текстах иллюстрируют все e't сказанное выше. В ассоциативное смысловое поле втягиваются слова «шея», «горло»: (как названия органов, ответственных за пение, творчество), «петь», «молчать». Образ смыкающегося кольца перерастает в образ затягивающейся петли, аркана.

Наматываю мили на кардан
……………………………….
И я сжимаю руль до судорог в кистях
Успеть, пока болты не затянули!
………………………………………..
Завинчивают гайки, побыстрее! –
Не то поднимут трос как раз где шея
…………………………………………
Азарт меня пьянит, но что ни говори,
Я торможу на скользких поворотах.
………………………………………….
Канат не пересек мой шейный позвонок,
Но из кустов стреляют по колесам

Горизонт, 1,357

Тема искренности, правды остается острейшей для поэта, предельно требовательно относившегося к себе, считавшего недостаточной меру своей искренности.

(33)

И микрофону я не по нутру –
Да, голос мой любому опостылит, -
Уверен, если где-то я совру –
Он ложь мою безжалостно усилит.
…………………………………….
Сегодня я особенно хриплю,
Но изменить тональность не рискую, -
Ведь если я душою искривлю –
Он ни за что не выпрямит кривую.
………………………………………
Он, бестия, потоньше острия –
Слух безотказен, слышит фальшь до йоты
………………………………………….
На шее гибкой этот микрофон
Своей змеиной головою вертит
Лишь только замолчу – ужалит он
Я должен петь до одури, до смерти!
……………………………………….
Мелодии мои попроще гамм,
Но лишь сбиваюсь с искреннего тона,
Мне сразу больно хлещет по щекам
Недвижимая тень от микрофона

Певец у микрофона, 1.234

Эта тема эхом звучит в стихотворении «Песня микрофона»:

(34)

По профессии я усилитель, -
Я страдал, но усиливал ложь
…………………………………
Застонал я – динамики взвыли, -
Он сдавал мое горло рукой…
Отвернули меня, умертвили, -
Заменили меня на другой,
Тот, который все терпит и примет, -
Он навинчен на шею мою.
Нас всегда заменяли другими,
Чтобы мы не мешали вранью.

Песня микрофона, 1,343

Далее на первый план выступает обреченность поэта и одновременно его ответственность за свой выбор:

(35)

На короткой незаметной шее
Голове удобнее сидеть,
И душить значительно труднее
И арканом не за что задеть

Баллада о короткой шее, 1,443

(36)

Когда он [плачет] станет жечь меня и гнуть в дугу
……………………………………………………..
Потрогав шею мне легко и осторожно,
Он [палач] одобрительно поцокал языком.

Когда я об стену разбил лицо и члены…, 11, III

(37)

Вдруг тоска зеленая, змеиная тоска
Изловчась, мне прыгнула на шею

Грусть тоска, тоска моя, 1,584

В последующих примерах мотив перехваченного горла, пресеченного слова обретает фатальное звучание:

(38)

Морока мне с нею [с Судьбою]
Я горлом немею
………………………………….
И жить не умею,
И петь не хочу!
…………………………………….
Не надо за шею –
Я петь не смогу»

Песня о Судьбе, 1,523

(39)

На слово длинношеее в конце пришлось три «е», -
Укоротить поэта! – вывод ясен, -
И нож в него! – но счастлив он висеть на острие,
Зарезанный за то, что был опасен!

О фатальных датах и цифрах, 1.354

Эти мотивы вырастаю в тему поэта как фигура трагической и обреченной, но не отказывающейся от своего назначения:

(40)

И – горлом кровь, и не уймешь –
Залью хоть всю Россию, -
И крик: «На стол его, под нож!
Наркоз! Анестезию!»
Мне обложили шею льдом –
Спешат, рубаху, рвут, -
Я ухмыляюсь красным ртом,
Как на манеже шут.
Я сам кричу себе: «Трави! –
И напрягаю грудь. –
В твоей запекшейся крови увязнет
Увязнет кто-нибудь
……………………………………………
Травлю, но иглы вводят
И льют искусственную кровь-
Та горлом не выходит

История болезни, 1,509

Понятие «поэт» и «Россия» смыкаются, идея творчества, ответственности поэта реализуется далее в рамках семантико-тематических полей «Россия», «Память», «История» (России). Рассмотреть этот семантический комплекс – задача других работ, ее решение требует обращения еще к целому ряду произведений. В пределах же текстов, которые являлись здесь объектом нашего внимания, наряду с противопоставлениями кривой – прямой, правдивый – ложный, искренний – фальшивый, замкнутый круг – обрыв, пропасть, возникает и такое: улыбка – смех, которое проходит и через многие другие стихотворения, причем «улыбка» выступает как олицетворение неискренности, затаенной злобы, враждебности, обмана, двусмысленности, ложного положения; «смех» - как противодействие страху, собственной слабости, всему окружающему, как средство разоблачения лжи и победы над ней. Приведем ряд текстов, где слова «улыбка», «улыбаться» реализуют указанные значения: «И улыбаясь, мне ломали крылья» (Мой черный человек в костюме сером…; «И многих помня с водкой попалам, не разобрав, что плещется в бокале. Я, улыбаясь, подходил к столам и отзывался, если окликали». (Случай, 1,411); «Его просили дети, безусловно, чтобы была улыбка на лице, - Но он меня прослушал благосклонно, И даже аплодировал в конце». (Прошла пора вступлений и прелюдий…, (42) 1,392); «И могильною скукой сквозило Из беззубой улыбки моей» (9); «Тот, которому я предназначен, улыбнулся и поднял ружье» (Охота на волков (41), 1,561); «Улыбнемся же волчьей улыбкой врагу, Чтобы в корне прервать кривотолки» (30); «С улыбкой смерть уставилась из дула на аккуратно выбритый висок» (Попытка самоубийства (44), 1,556). Значение слов «смех», «смеяться» раскрываются так:

(41)

Врачи чуть-чуть поахали:
«Как? Залпом? Восемьсот?…
От смеха ли от страха ли
Всего меня трясет.
…………………………………
Смеюсь до неприличия
…………………………………
«Да что же вы смеетесь?» -
Спросил меня халат.
Природа смеха разная, -
Мою вам не понять.
…………………………………..
Смеялся я –вообще
Палата не помеха,
Похмелье – ерунда, -
И было мне до смеха –
Везде, на все, всегда!
……………………………………..
Вы – втихаря хихикали,
А я давно вовсю! (8)

«Смех» олицетворяет открытую мужественную гражданскую позицию, противопоставляясь в этом смысле слову «хихикали» («втихаря») (Ср.: «…чтоб вороны не реяли И чтобы агнцы жалобно не блеяли. Что люди не хихикали в тени…», Две просьбы (46), 11, 186; Слово это вообще имеет отрицательную окрашенность: «И хихикали старухи безобразные» (14). Так тема смеха смыкается с темой творчества, поэта, выхода из состояния лжи и несвободы, а также с темой творческой индивидуальности, неповторимости данного автора, самобытности; в сферу решения этой темы вовлекаются новые группы слов (например, слова, характеризующие голос, - «хрип», «вой», «стон», «отчаяньем сорванный голос», «крик», «приятный фальцет» и т. п.; слова со значением частей тела «шея», горло», «жилы», «вены», «нервы», «аорта» и т. д., а также слова так или иначе выражающие идею напряжения – тела, голоса, эмоций, - и слова, называющие сами эмоции и чувства и степень их проявления… Эта цепочка от слова – к понятию, идее – к образу – и снова к слову, уже по-иному звучащему, воспринимаемому в иных своих связях, - бесконечна, т. е. замкнута.

Лексика произведений В. Высоцкого, несомненно, представляет собой систему, отражающую другую – стройную и выразительную систему представлений автора о мире и своем месте в нем. Ясность и убедительность взаимосвязей этих систем характеризует автора как зрелую высокоразвитую языковую личность, уникальность, своеобразие которой еще ждет своего раскрытия – через анализ индивидуально-авторских средств выразительности, таких, например, как использование широких возможностей устной разговорной речи, в том числе языковой игры, столкновение стилистически разнородных лексических пластов, вовлечение в свою творческую систему целого круга инородных сознаний и речевых манер – предоставление места на страницах своих произведений разным языковым личностям.

Слово «круг» являющееся входит в широкое лексико-семантическое поле, объединяющее слова с семой «кривой», «изогнутый» (душа, изгибаться, гнуть, кривой, косой и т. д.) и «гладкий», «без шероховатостей», «не создающий трения, скользкий», ассоциируясь по этим свойствам с идеально плавно закругляющейся линии окружности, - и слова с семой «замкнутый» или «ограниченный» («кольцо», «обруч», «смыкаться», «замкнутый», «узкий», «тесный», «обузить», «суженье», «тесно», и т. д.). В силу этих семантических свойств, а также индивидуальных языковых пристрастий автора эти слова оказались избранными для передачи в поэтических текстах идеи искаженности, ненормальности окружающегося мира и человека в нем – стиснутого пределом установленных кем-то рамок узких и тесных норм, в основе которых лежать ложь и «недобро», человека неустойчивого и обреченного, в конце концов, на падение в этом враждебном, предательском круге жизни. Ряд слов, в которых сема «кривизна» связана со значением предельной степени данного качества – «круга», «обрыв», «пропасть», «бездна» - развивают его как оборотную сторону свойств «круга» - предельное выражение понятия «дуги» «искривленности» - до «крутизны» бездны! – такой же бесконечной и безначальной, как и линия окружности, однако предполагающей противоположную степень свободы – безмерную.

Идею выхода из кольца несвободы выражают слова с семой «движение вниз», «сойти» (с круга) («Сойти,1. Идя, спуститься вниз», , с. 258) «с кручи прыгаю», «упадет» (с каната). Эта сема потенциально присутствует в словах «бездна», «край», «пропасть». В переносном значении сема «вниз» участвует и в выражении идеи другого «выхода» - в запой, «на дно». Тематическая группа «Запой» лексически широко представлена, высокая частотность предполагает немаловажное место в тезаурусе. «На дне» содержит сему «глубины», «сути» - укрытия всего истинного и лучшего в мире от преследования, а также сему «памяти», живущей в глубине сознания, в чем видится определенный залог выхода, свободы, - как и в идее творчества, смеха, слова. Однако осуществление этого выхода не представлено – и в принципе не могло быть представлено в творчестве В. Высоцкого как реальное. На основании ряда текстов освобождение может быть понято как «гибель с вдохновеньем», обретение свободы – приравненным к смерти. Это подтверждается и конкретными образами: «истинной свободой» обладает только приговоренный к казни (36). Но более пристальный взгляд на общую картину мира автора убеждает в том, что и смерть включена в этот непреодолимый круг, в безжалостном круговороте не остается места надежде; смерть – отнюдь не выход в иное, свободное, пространство – она мыслится поэтом в тех же земных категориях жестокой несвободы, обмана, «недобра» (достаточно вспомнить «Райские яблоки» и злые голоса ангелов из стихотворения «Кони привередливые»). Можно утверждать, что упования автора связаны с абсолютно земными идеалами дружбы, любви, верности. Однако это только хрупкая опора для поддержания равновесия на убийственной карусели круга – но никак не выход из него. Творчество, противостояние лжи смехом и словом, победа над страхом и человеческой узостью – это только средство сохранить себя от искривления, это противодействие кругу – но не прорыв его.

Анализ всей совокупности текстов, их соотнесение доказывает, что единственный выход из круга - это прорыв к свободе как таковой, само состояние мощного духовного восстания против норм круга, сама жажда бездны – но не бессмысленного круговращения. Поскольку этот выход состоится только в сфере духа и не может осуществиться в реальности, остается неизменным сильнейшее напряжение, сопровождающее ни на миг не угасающее стремление к свободе, - напряжение принципиально неустранимое, являющееся, поэтому вечным источником движения, а значит и жизни данной творческой системы.

Примечания

[1] Этот смысл и следующая ниже оценка слова «поверхность становится еще более очевидными при учете значений слов «глубина», «глубь», «глубокий» в творчестве В. Высоцкого как синонимов постижения сути, глубинного смысла явлений, истинного отношений к жизни. (Стихотворения «Упрямо я стремлюсь ко дну…», , 114; “Сыт я по горло, до подбородка…», I,100; «Я дышал синевой…», ,121; “Мой друг уехал в Магадан…», I,101; «Зарыты в нашу память на века…», ,155; “Вот она, вот она – наших душ глубина…», II,123)

© 2000- NIV