Дрейзлер Михаил: Высоцкий в Кишинёве

К 65-летию барда и актера Владимира Высоцкого

Хоть в чем-то, как оказывается, можно числить себя более везучим, чем даже баловень фортуны Гарри Каспаров. Он имел основания сетовать, что "никогда не видел живого Высоцкого" - автора знаменитого песенного диптиха "Честь шахматной короны" и множества других песен, которые и по сей день на слуху у разных поколений почитателей замечательного барда и актера.

Мне же - волею обстоятельств - довелось не просто "видеть" этого "шансонье всея Руси", но и однажды общаться с ним - в день, когда Владимир Высоцкий давал концерты в нашем городе. Так что, выходит, не только у меня есть повод испытывать зависть ("белую", разумеется!..) к успехам Гарри Кимовича, но и у него - к моей нечаянной удаче.

Единственная встреча с Вл. Высоцким, хотя с того момента минуло более трех десятилетий, конечно же, и по сей день памятна.

В те времена куда чаще, чем иные, в столицу Молдовы приезжали известные литераторы, актеры, музыканты - и автор этих строк (уже активно "внештатничавший" в тогдашних "Вечерке" и "Молодежке") не упускал возможности взять и очередного гостя эксклюзивное интервью.

Высоцкого удалось "застичь" в гостинице "Кишинэу", в номере, который он, вероятно, и не успел толком даже разглядеть: вначале от этого отвлекал диалог с юным "щелкопером" (то бишь с вашим покорным слугою), а затем за бардом заехали организаторы концертов - и началась многочасовая круговерть, завершившаяся лишь под утро следующего дня.

На все вопросы вашего покорного слуги Высоцкий отвечал с предельной откровенностью, в частности и на касавшиеся его и Театра на Таганке тогдашних непростых взаимоотношений с власть придержащими.

Без рисовки он говорил о том, о чем в те времена в нашей "глубинке" были наслышаны немногие, а ныне - общеизвестно: в спектаклях "Десять дней, которые потрясли мир", "Послушайте! Маяковский", "Антимиры", "Жизнь Галилея", "Пугачев". Рассказывал и о поставленном Юрием Любимовым "Гамлете", а также о завершившихся съемках фильма "Интервенция", в которых был занят в главных ролях.

Шла, конечно же, речь и о песнях, им созданных, знакомых мне, как и другим сверстникам, по магнитозаписям и фильмам "Вертикаль" и "Сыновья уходят в бой".

Я (возможно, излишне эмоционально) стал перечислять его творения, наиболее нравящиеся мне и моим друзьям; собеседник деликатно прервал меня, сказав, что сегодня многое из упомянутого (а также еще не известное широкой аудитории) кишиневцам удастся услышать вживую.

Когда гость отвечал на, увы, традиционный в те времена вопрос - о "творческих планах" (успев лишь упомянуть о готовящихся спектаклях "Под кожей статуи Свободы", по одноименной поэме Евгения Евтушенко, и "Товарищ, верь!" по стихам А. С. Пушкина), - нас прервали прибывшие за Высоцким визитеры.

Недорасспрошенное пришлось уточнять на ходу - вместе с Высоцким и его провожатыми сбегая по гостиничной лестнице.

Тогда-то бард и оставил в моем блокноте короткий и емкий автограф: "Миша, пиши не на ходу! В. Высоцкий". (Увы, в дальнейшем не всегда удавалось следовать этому мудрому завету...)

В тот день Высоцкий дал два "официальных" концерта - в Зеленом театре ЦПКО и во Дворце профсоюзов, причем программа второго выступления лишь частично совпадала с той, что было предложено заполнившим зал Зеленого театра.

Ну, а затем, уже до крови сбив себе пальцы о гитарные струны, Высоцкий поздним вечером появился в Русском театре им. А. П. Чехова, где в течение нескольких часов пел для своих кишиневских коллег- актеров и немногих, сумевших "просочиться" сюда почитателей его таланта. (Разумеется, и автор этих строк не пренебрег предоставившейся ему возможностью.)

Это - внеплановое и совсем уж неофициальное выступление гостя организовал его близкий знакомый, тогдашний замдиректора Русского театра Валерий Янклович (в "культовом" телесериале "Место встречи изменить нельзя", где всем памятен Высоцкий - Жеглов, сыгравший эпизодическую роль - администратора театра).

Высоцкий, перед тем, как взять в руки гитару, попросил не записывать его выступления - ибо, в отличие от концертов в Зеленом театре и Дворце профсоюзов, собирался здесь, в "чеховском", петь не только разрешенное. Но, понятное дело, местные технари подсуетились - и затем с этой пленки давали "проверенным людям" переписать все в ту памятную ночь тут прозвучавшее.

Как впоследствии сетовала одна из истовых поклонниц барда - актриса Русского театра Ксана Соколова (ныне живущая в Киеве), магнитозапись могла попасть и не к "проверенным" - и "Володе бы опять перекрыли кислород". К счастью, подобных последствий ночной концерт, кажется, не вызвал, хотя опасаться такого исхода были основания. Ведь и в дальнейшем, до безвременного ухода Высоцкого из жизни в 1980-м, правители страны, их ценные псы и лизоблюды травили и шельмовали его, приблизив тем самым смерть одной из талантливейших личностей той эпохи.

Запоздалое, уже в иной исторический период, присуждение Вл. Высоцкому (посмертно) звания лауреата Государственной премии СССР выглядело лишь попыткой хоть как-то загладить свою вину за прежнее непризнание.

Тогдашний (не нынешний!) Никита Михалков в день похорон Высоцкого оценил значимость ушедшего от нас барда и актера куда точнее: "Умер народный артист Советского Союза..." Владимир Высоцкий действительно был народным артистом - в первоначальном смысле этих слов, и таковым остается и после смерти - хотя соответствующего звания при жизни и не удостоился. Его песни звучат и поныне - не утрачивая своей остроты и глубины, а многие фразы из них многие повторяют как поговорки, возможно, и не всегда зная, кто их автор.

Это ли не лишнее и убедительное признание истинной народности поэта и актера?!

P. S. Текст интервью, взятого тогда у Высоцкого, в "Вечерке" опубликовать не рискнули; пришлось на его основе срочно "сварганить" информацию, вышедшую под нейтральным заголовком "Актер с Таганки". Увидеть интервью напечатанным довелось гораздо позднее.

Михаил ДРЕЙЗЛЕР,

газета "Независимая Молдова"

от 23-го января, №009 за 2003 г.

© 2000- NIV