Вспоминая Владимира Высоцкого
Пою о спорте (Владимир Высоцкий)

Пою о спорте (Владимир Высоцкий)

Я очень много занимался спортом, когда был помоложе, - занимался просто так, - боксом, акробатикой да многими всякими видами спорта... Потом, уже когда стал актером, я стал заниматься спортом для сцены - потому что у нас в театре приходится делать всякие акробатические номера: у нас театр синтетический.

И еще я стал заниматься спортом в связи с песнями. Очень серьезно отношусь к спортивным проблемам и пою песни о спорте. Чаще всего это песни шуточные. Но, по-моему, все мои спортивные песни имеют отношение и к спорту, и не к спорту: в каждой спортивной песне существует своя драматургия. Потому что сам спорт дает большие возможности для нее: один хочет выиграть - и другой хочет выиграть. Боксеры, например, они друг друга бьют просто - тут все ясно; команды играют - каждая хочет победить и не хочет проиграть. А это уже парадокс - потому что выиграть может только один. Значит, у них существует настоящее столкновение - это и есть самая натуральная драматургия. Потому что драматургия это же ведь и есть - столкновение.

Я задумал написать такую большую серию спортивных песен - целый цикл. Чтобы это была, скажем, программа из двух отделений: ну, к примеру, первое отделение - легкая атлетика, а второе - предположим, спортивные игры. У меня несколько есть идей таких, которые я должен выполнить: например, написать песни обо всех профессиях... Но это я никогда не напишу, потому что они все время появляются новые и новые, а виды спорта не так быстро новые появляются. Судя по "Спортлото", их - 49. Ну и, значит, примерно должно быть 49 песен - чтобы охватить все виды спорта. Поэтому задача большая - на две программы хватит. Дела в этом направлении продвигаются, конечно, но - туго. Если я к концу жизни выполню эту задачу - можно умирать спокойно. Но кое-что у меня уже есть...

Однажды я сотрудничал с драматургом Штейном. Главный режиссер Московского театра сатиры Плучек ставил спектакль "Последний парад". Спектакль прозаический - нормальная драматургия. Но такова у нас тяга к поэзии и к музыке и так они влияют на целостность спектакля и привлекают людей, что мне еще во время написания пьесы были заказаны песни для персонажей спектакля. Ну тема там моя любимая была - моряки, а у меня много друзей моряков, и я часто встречал их в порту, когда они возвращались из плаванья. И поэтому я согласился - и написал несколько песен.

Это - комедия, главную роль там играет Анатолий Папанов, которого я очень люблю и с которым много снимался. Он сначала все пытался мне подражать, все время звал меня в театр - чтобы я его учил, как петь. Я два дня ходил учить, Папанов нарочно срывал голос, пытался хрипеть, как я, делать такие же интонации - почему-то хотел добиться такого же эффекта. Но потом смотрю, из этого ничего не выйдет, - и мы бросили эту затею. И, по-моему, это смешно - учить Папанова, как сделать, чтобы песня была смешная. Он сам кого хочешь научит. Я ему сказал: "Знаете что, Толя, я писал это для вас, так что вы пойте так, как вы хотите, а я - давайте договоримся так - присутствую условно". Что он и сделал - и это было достойно и интересно.

Но они хотели, чтобы все-таки мой голос там тоже прозвучал. Мы долго ломали голову - думали, как сохранить мое присутствие, каким образом вставить песню, чтобы я имел возможность ее спеть, но чтобы она не была вставным номером: ну если я сам не могу играть, то хотя бы - голос. И мы нашли такой способ: когда моряки во главе с Папановым пришли из плаванья, - несколько месяцев без захода в порты, - их встретили друзья, они крепко выпивали, утром встали - у всех головы болят. Они думают: похмеляться или нет? Ну и только ринулись к столу, где стояли напитки, а в это время кто-то включил радио, и оттуда - голос: "Передаем утреннюю гимнастику!" Театр - искусство условное, и вместо упражнений я своим голосом пою песню, музыку и текст которой написал специального для этого спектакля.

Ну им стало стыдно - и они решили не опохмеляться, а заниматься гимнастикой, чтобы взбодриться, - и как три полосатых черта (Папанов, Державин и Ткачук) в тельняшках бегают по сцене и делают под эту песню всякие движения. Что я и рекомендую всем мужчинам.

Это такая антиалкогольная песня-шутка, вроде пародии на некоторые упражнения утренней гимнастики, что ли, - со всевозможными поворотами...

Вдох глубокий, руки шире,
Не спешите - три, четыре! -
Бодрость духа, грация и пластика!
Общеукрепляющая,
Утром отрезвляющая,
Если жив пока еще, - гимнастика!

Если вы в своей квартире, -
Лягте на пол - три, четыре!
Выполняйте правильно движения!
Прочь влияние извне -
Привыкайте к новизне, -
Вдох глубокий до изнеможения!

Очень вырос в целом мире
Гриппа вирус - три, четыре! -
Ширится, растет заболевание.
Если хилый - сразу гроб!
Сохранить здоровье чтоб -
Применяйте, люди, обтирания!

Если вы уже устали -
Сели-встали, сели-встали, -
Не страшны вам Арктика с Антарктикой!
Главный академик Иоффе
Доказал: коньяк и кофе
Вам заменит спорта профилактика.

Разговаривать не надо -
Приседайте до упада,
Да не будьте мрачными и хмурыми!
Если очень вам неймется -
Обтирайтесь, чем придется,
Водными займитесь процедурами!

Не страшны дурные вести -
Мы в ответ бежим на месте, -
В выигрыше даже начинающий.
Красота - среди бегущих
Первых нет и отстающих, -
Бег на месте общепримиряющий!

Потом эта песня была записана на пластинке - теперь ее слушают в санаториях, домах отдыха, пансионатах. В этой песне, правда, есть один куплет, которого не было на пластинке. Я боролся с редактором... Это как раз было время, когда шла повсеместная борьба с пьянством. Но велась она - каким образом? Как только на экране пьют - так это вырезать, как только разговор об этом идет - значит, это вышвырнуть... Они вели борьбу тем, что просто отовсюду это выбрасывали. И куплета "Главный академик Иоффе..." в пластинке нет. А я им очень дорожу.

В фильме у нас вместе с альпинистами в горы приезжает врач - писать диссертацию о перегрузке спортсменов на больших высотах. Она тоже не понимает, зачем идти в горы, куда-то лезть и что-то покорять. Ее играет актриса Лужина. Когда все ушли на восхождение, мы остались вдвоем, природа, романтика, горы, и я по сценарию должен был к ней приставать - я никогда себе этого не позволяю по отношению к женщинам, - а тут очень настаивал режиссер, и вот была у нас сцена приставания. Было очень даже приятно, в общем, но в фильме этого ничего не осталось совсем, все это вырезано; мы там только ходим по камушкам, я очень скромно себя веду, и текста почти никакого нет. Я только говорю: "Посмотри, как красиво", - и звучит музыка, а в конце этой сцены я предлагаю: "Ну тогда я тебе спою песню", она отвечает: "Ну спой", - - но все равно это не помогало ничему, и песня в фильм тоже не вошла. Песня называется "Скалолазка" и посвящена она альпинистке одной. Скалолазка - это женщина, которая лазает по скалам.

Я спросил тебя: "Зачем идете в гору вы? -
А ты к вершине шла, а ты рвалася в бой. -
Ведь Эльбрус и с самолета видно здорово..." -
Рассмеялась ты и взяла с собой.

И с тех пор ты стала близкая и ласковая,
Альпинистка моя, скалолазка моя, -
Первый раз меня из трещины вытаскивая,
Улыбалась ты, скалолазка моя!

А потом за эти проклятые трещины,
Когда ужин твой я нахваливал,
Получил я две короткие затрещины -
Но не обиделся, а приговаривал:

Ох, какая же ты близкая и ласковая,
Альпинистка моя, скалолазка моя, -
Каждый раз меня по трещинам выискивая,
Ты бранила меня, альпинистка моя!

А потом на каждом нашем восхождении -
Ну почему ты ко мне недоверчивая?! -
Страховала ты меня с наслаждением,
Альпинистка моя гуттаперчевая.

Ох, какая ж ты не близкая, не ласковая,
Альпинистка моя, скалолазка моя, -
Каждый раз меня из пропасти вытаскивая,
Ты ругала меня, скалолазка моя!

За тобой тянулся из последней силы я -
До тебя уже мне рукой подать, -
Вот долезу и скажу: "Довольно, милая!" -
Тут сорвался вниз, но успел сказать:

Ох, какая же ты близкая и ласковая,
Альпинистка моя скалолазковая, -
Мы теперь с тобой одной веревкой связаны -
Стали оба мы скалолазами.

© 2000- NIV