Юденич Геннадий Иванович (Из воспоминаний о Владимире Высоцком)

Печатается с разрешения автора

Дата публикации – 30.12.2010 г.

Оригинал статьи расположен по адресу: http://v-vysotsky.com/vospominanija/Judenich/text.html

О Владимире Высоцком вспоминает

Геннадий Иванович ЮДЕНИЧ

Юденич Геннадий Иванович (Из воспоминаний о Владимире Высоцком)

М. Ц. – Лето 1961 года, Севастополь, съёмки картины "Увольнение на берег". Каким Вам запомнился Высоцкий в то время?

Г. Ю. – Вовка был тогда совершенно незнаменитый, но уже вовсю шпарил на гитаре. Я ещё учился на втором курсе "Щуки" и организовывал свой первый театр "Скоморох". Потом Володя дружил с Валерой Янкловичем, но тогда он его ещё не знал, Валера был на подходе, чтобы стать артистом моего театра.

М. Ц. – Я не знал, что он был у Вас в "Скоморохе".

Г. Ю. – Был, долго у меня работал. Там работали Лиля Малкина, Володя Ильин, Борисов Лёва – потом все они стали известными артистами.

С Вовой нас на первых порах объединяла гитара: и он играл и пел, и я тоже, выступал даже иногда перед зрителями и пел песни, которые в будущем вошли в мои спектакли. По фильму у нас не было общих эпизодов, но в массовках мы соприкасались, продолжали петь друг другу песни, рассказывали друг другу свои идеи. Он хотел тогда сделать такой эксцентрический поющий жанр, в котором он бы выступал как артист и как певец. У него были интересные планы. Он хотел театрализовать свои песни. Собственно, что он потом и делал. Скажем, песня "Жираф большой, ему видней" или "Ой, Вань, смотри, какие клоуны!" Володя был сам по себе, и был артистом своего театра. Никогда он у Любимова не сделал того, что он сделал сам. Это был театр одного актёра. И ещё тогда он об этом думал, хотел быть, как Райкин, – импровизировать, превращаться в кого-то.

На Ваш вопрос, каким был тогда Высоцкий, могу сказать, что был он разный. Иногда зажигательный, а иногда очень грустный, скучный, иногда – саркастичный, но всегда очень добрый. Очень добрый человек. Для друга он мог душу отдать.

Он и позднее таким был – спасал людей от увольнений из театра, помогал с квартирами. Он очень много делал добра. Я не слышал о нём плохих слов никогда. Наверное, если кто-то и хотел сказать плохое, то стеснялся. Для самого себя он требовал очень мало, никаких излишеств. От него исходили простота, правда и скромность.

Оргий, пьянок и прочих глупостей у нас не было. У нас было нормальное времяпрепровождение молодых людей. Володя не был тогда ведущим бардом, он был как все, но уже тогда выделялся своей индивидуальностью, необычными поворотами своих песен, жанром. Это было очень интересно, хотя первые его песни носили немножко жаргонный характер. Он ещё не был тем Высоцким, который стал бардом-поэтом. Всё это было смешно, радостно и фантастически весело.

М. Ц. – Лев Прыгунов мне рассказывал, что гимном съёмочной группы стала песня Высоцкого "Тот, кто раньше с нею был".

Г. Ю. – Совершенно верно! Лёвочка Прыгунов, кстати, прекрасный человек. Мне кажется, он свою творческую жизнь надорвал раньше времени, став киноартистом. А был он серьёзным, думающим человеком с режиссёрским уклоном. Он тоже участвовал в наших разговорах.

М. Ц. – То есть вы, трое молодых актёров, уже в 1961 году обсуждали очень серьёзные вещи?

Г. Ю. – Ну как – молодых? Лично я – на сцене с пяти лет. Я занимался у великого педагога Сергея Львовича Штейна в студии при ЗиЛе. Там делали то, что наши театральные вузы до сих пор не могут схватить. Идея заключается в том, что подготовка актёра должна, как в балете, заканчиваться в 17 лет. Надо спасти его четыре года, которые он проводит в театральных вузах. Дело в том, что вестибулярный аппарат к 17 годам уже готов. Начинать в 18 лет учить актёра танцу, хореографии, биомеханике – это безумие.

И это мы тоже обсуждали, потому что мы были каждый по-своему одухотворён.

Почему Володя Высоцкий так хорошо двигался? Потому что это в его природе! Если пластика разовьётся в детстве – через спорт, через хореографию, ещё через что-нибудь, – только тогда он может стать артистом после восемнадцати лет. Если этого нет, то актёр становится просто схемой.

Я ему несколько раз предлагал вместе двинуть в мой театр "Скоморох", но он как-то так на это смотрел... У него был собственный путь, и он имел собственный взгляд на мои идеи.

Потом он нашёл свой театр, "Таганку", а я шёл своим путём. Иногда наши пути скрещивались, он меня приглашал куда-то, потом появился мой дорогой Валерочка Янклович, с которым мы до сих пор дружим, а Вова тоже дружил с Валерой очень сильно.

У нас были общие друзья – Боря Хмельницкий, например. Текла жизнь, мы и подумать не могли, что Володя уйдёт так рано. Мы встречались, радовались, спорили, попивали винцо, делали искусство. Я несколько раз бывал на Володиных концертах, слушал его всё новые и новые песни.

Однажды мы чуть не снялись с ним вместе ещё раз. Я не попал в фильм "Плохой хороший человек", потому что у меня были гастроли, я уехал. Потом я и вовсе разорвал с кино, я был занят, мне было не до этого. Как Володя говорил: "Ты больше щупаешь фильмы, чем снимаешься".

И это правда, я щупал фильмы, я хотел как режиссёр познать, в чём же отличие. Потом со временем я и пришёл к тому, о чём мы с Вовой много говорили – к Полифоническому театру, в котором видеодекорация замещает пленэр кино, а живой артист замещает киноактёра. Артист уходит в видеодекорацию и действует там, как в фильме. Вот это я создал в Полифоническом театре.

М. Ц. – И это Вы обсуждали с Высоцким ещё в 1960-е годы?

Г. Ю. – Да, уже планы были, я уже Фурцевой это рисовал, на что она пока ещё не реагировала, а думала только об одном – выслать меня из Москвы или оставить.

М. Ц. – В театре "Скоморох" самым знаменитым спектаклем был "О мужике, короне, корове и бабе во всероссийском масштабе". Высоцкий видел этот спектакль?

Г. Ю. – Конечно, видел. Я этот спектакль даже по просьбе Любимова два раза на Таганке играл, и вся труппа смотрела. Любимов просил меня остаться в его театре и быть вторым режиссёром, на что ответил: "Юрий Петрович, двум медведям в одной берлоге не ужиться".

М. Ц. – После "Скомороха" Вы организовали Экспериментальный театр-студию при министерстве культуры СССР. Там Вы ставили "Оптимистическую трагедию" и "Вестсайдскую историю". Высоцкий эти постановки видел?

Г. Ю. – Наверное, да. Я помню, что мы обсуждали идею "Вестсайдской истории". Но тогда уже я больше ходил смотреть на него, чем он – на мои работы.

У Володи были всякие неудачи и конфликты с Любимовым. Любимов не мог без него обойтись, потому что Володя – это были деньги, это была касса.

Однажды я даже начал писать для Володи пьесу, хотел, чтобы он у меня сыграл. Но не получилось – он сыграл очень здорово Галилея на "Таганке", и сыграл именно то, что я думал он сыграет в моей пьесе.

М. Ц. – Как Вы оцениваете значение Владимира Высоцкого для страны?

Г. Ю. – Смерть Высоцкого – это колоссальный урон для нашего общества. С его уходом ушёл какой-то "протестантский" кусок нашего государства. После этого всё стало как-то иначе, по-другому. И всё пошло к тому, что принято называть перестройкой.

Смерть Высоцкого – это как смерть Пушкина, смерть Лермонтова. Эпоха как-то выстреливает в тех людей, в которых не хотелось бы выстреливать. И это очень грустно.

Вот почему-то не вышли хорошие спектакли о Володе. Хотя был интересный спектакль у Марка Розовского "Концерт Высоцкого в НИИ", но ни у кого не получилось написать хорошую пьесу о Володе. Вот именно об этом "протестантском" куске его жизни, когда он как бы вокруг себя сколотил всех думающих людей.

Чем дольше нет его с нами, тем чётче понимается, ЧТО ушло вместе с ним.

25.12.2010 г.

Беседу вёл Марк Цыбульский (США)

(Copyright © 2010)

Примечания

ЮДЕНИЧ, Геннадий Иванович. Театральный режиссёр. Родился 15 июля 1936 г. С 5 лет занимался в студии театрального педагога Сергея Штейна. Первый спектакль поставил в 12 лет. В 1964 г. окончил Высшее театральное училище имени Б. Щукина (курс В. Шлезингера). Ещё студентом 3-го курса основал свою первую труппу – "Потешный театр "Скоморох"". В дальнейшем на базе этого театра был создан Экспериментальный театр-студия Министерства культуры СССР, а затем и ныне действующий Театр Полифонической Драмы, бессменным руководителем которого Юденич является с начала 1970-х гг. Снимался в фильмах "А если это любовь?" и "Увольнение на берег". Живёт и работает в Москве.

© 2000- NIV