Cлово "КАТОРЖАНЕ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: КАТОРЖАНАМ

1. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 11)
Входимость: 2.
2. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 12)
Входимость: 2.
3. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 9)
Входимость: 1.
4. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть I. Побег. Страница 8)
Входимость: 1.
5. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 13)
Входимость: 1.
6. Вспоминая Владимира Высоцкого. Поэт, рожденный театром (Наталья Крымова)
Входимость: 1.
7. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть I. Побег. Страница 3)
Входимость: 1.
8. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 2)
Входимость: 1.
9. Ничипоров И.Б.: Авторская песня 1950-1970-х гг. в русской поэтической традиции - творческие индивидуальности, жанрово-стилеве поиски, литературные связи. Глава 1.  II. "Штопаем раны разлуки серою ниткой дорог... ". Юрий Визбор
Входимость: 1.
10. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть I. Побег)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 11)
Входимость: 2. Размер: 40кб.
Часть текста: добрым словом вспоминать. Ему, как врагу народа, еще три пятерки на хвост кинули. И пошла-поехала. Сорок годов, а то и больше при Советской власти тюрьмы менял да зоны. Сорок али больше? — Мне почем знать?! — пожал плечами Новгородов. — В канцелярии спросить надо: они подсчитывают, мы — сидим. — Он все до звонка мотал. Последний раз отзвонил, выходить запужался. Запужался ведь, Исаич, скажи нет? Видишь, даже царские чекисты этой власти боятся... Новгородов печально покачал утонувшей в буденовке головой, чем-то похожий на одинокий колосок у края скошенного поля — и коса над ним уже занесена, а ему горя нет: на поля глядит... — Не запужался я, Никанор Евстафьевич, столько пуганый, что и страху-то на испуг не сберег. Своим состоянием меньше был встревожен. На Россию смотреть страшно, — Новгородов утер рукавом старческую слезу, — нет России, один коммунизм остался. Я к нему через решеточку присматривался, но места себе в нем не нашел. Что пережил грешный Гавриил Исаевич перед дарованной ему антихристами свободой, одному Богу известно. В Библии же сказано про мои страдания: «Я изнемог и сокрушен чрезмерно: кричу от терзания сердца моего». Нашлись добрые люди, сжалились. Оставили при кочегарке, где и жду часа своего... — Счастливый ты, Исаич, — Никанор Евстафьевич вытер нож о полу бушлата. Свет тонкого лезвия сразу стал резок и холоден. Упоров убрал взгляд с ножа и увидел в полумраке теплушки скупую усмешку старика. — Годам моим завидуешь? Кончаются годики, а ты-то вон еще какой справный! Поживешь вволю. — Все в Его рученьках. Лучше расскажи про сучью бригаду: к нам она прямое...
2. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 12)
Входимость: 2. Размер: 40кб.
Часть текста: Но, благо, нету у тебя такого клина. Одно ботало, и то поганое. Его оторвать можно. Инструмент — при мне. — Старость смертью не напугаешь, Фунтик. Ты же не бандит с большой дороги, не потерявший совесть комсомолец. Сурьезный вор... в прошлом. — Тогда не вози по сухому пузу мыло. Говори — с чем пришел? Кроишь, мозги наизнанку выворачиваешь. Завязывай! Сосулька пошевелил губами, поглядел на Граматчикова, почесал грязную голову: — Неправду с тобой играть не стану. Рушится наше дело. Дорога в тропку выродилась, а тропка повела честных воров к кладбищу. Колымские блатные постановили беречь тех, кто всю жизнь жил и живет по нашим законам. Меж пальцев у ментов прокрался Сосулька, чтобы передать тебе лично их низкую просьбу. Должны вы с бугром твоим крученым вывести на свободу в целости и сохранности Никанора Евстафьевича. А коли кто из вас раньше его по ту сторону образуется... извиняйте. — Кончай! Фраерам жевать надо, мне и так ясно, что дело темное. Буду с Вадимом толковать. — Осторожненько только... — Учишь?! — Зачем? Совет даю. По старости разума, слава Богу, не лишен. И на меня, в крайности, не цельтесь: во мне проку...
3. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 9)
Входимость: 1. Размер: 40кб.
Часть текста: по особой разнарядке. Наверняка с особой целью. Стоял туман, собаки рвали поводки, и солнце плавало в молочной луже неба. Десяток сук блатные зарезали в течение нескольких минут, прежде чем под вой сирен в зону ворвались автоматчики. Ножи зэков со свистом рубили раскаленный воздух, утопая в телах врагов. И мягкий траурный парок струился над свежими покойниками. Старый майор, от старшины дослужившийся до своего чина (такого разве удивишь кровью?), зябко поежился, скомандовал: — Огонь! Трупов стало гораздо больше. Среди них нашлось место телу Евлампия Захарыча Граматчикова. Неторопливый сержант стрелял ему в затылок с близкого расстояния. Зэк, не ойкнув, доской, о землю — гоп! Голова — в черной дымящейся луже, и никаких признаков здоровья. Перешагивая тело, сержант все-таки успел подумать: «Что-то мозгов не видать. Странно...» Но через секунду уж целил в другую голову. Так, за спешностью всего и не проверил причину отсутствия мозгов у покойника. Позднее, когда совсем разъяснело и слегка помягчал мороз, тот же сержант привел из подвала семерых чумазых педерастов. Они побросали убитых в кузов грузовика, который отвез их на лед Лебяжьего озера с таким расчетов что по весне трупы отправятся в вечную темень холодных глубин, а над ними поплывут огромные белые птицы — лебеди. И все будет красиво. Фунт пришел в себя к первой звезде. Зимой колымские звезды торопливы: чуть за полдень, они уже все на своих местах. Лежащие сверху покойники успели подморозиться, окрепчать. Чужие смерти цепко держали слабые остатки его жизни. Неизвестно, что помешало ему смириться. Зэк почувствовал себя абсолютно лишним в груде мерзлого мяса, и чей-то, даже не напоминающий собственный, голос крикнул ему: «Уходи!» То был не голос, то был Глас, облегчивший самый трудный, самый первый шаг действа, отлучающий человека от смерти. Человек принял Волю, разогрел ладонями кровь, приморозившую его к нижнему трупу. Расколотая пулей челюсть отозвалась робкой болью, но он едва не упал в...
4. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть I. Побег. Страница 8)
Входимость: 1. Размер: 41кб.
Часть текста: мы к ним не пойдем. Они стояли рядом, почти касаясь друг друга лбами, похожие на молящиеся тени. Даже голоса их стали частью наступившей ночи, приобретя сходство с шумом деревьев. На небе медленно, словно плесень по мокрому камню, ползли серые облака. Беглецы двинулись со сжатыми зубами, упираясь в темноту стволами пистолетов. Но постепенно притерпелись к таящейся за каждым стволом опасности, заставив себя поверить — нынче пронесет. Собачий лай понудил остановиться. Густой, но не слишком уверенный, он раскатился по распадкам, едва поднявшись к вершине хребта. — Придется уходить северным склоном. — Там снега выше колен! — А мусора с автоматами? Двигай за мной, Денис! И пошел, не оборачиваясь на вора, с решительностью знающего выход человека. Лай снова загремел, на этот раз требовательно и зло. — Засекла, стервоза! Похоже — отбегались, Вадим! — Помолчи! У нее одна работа, у тебя — другая. Бежим! Наст хрустел тонкой жестью, хватая за ноги и отнимая последние силы у беглецов. Они падали на него, поднимались, падали, ползли на четвереньках, шепотом проклиная собачью бдительность. Упоров первым подполз к подошве хребта, сделал несколько шагов по набитой тропе и, обхватив кособокую ель, остановился. Минут через пять с ним свалился Денис. — Вставай! — потребовал Упоров. — Вставай, говорю, им будет не легче на этом склоне. — Сейчас! Сейчас! Малинин стоял ...
5. Черная Свеча (совместно с Леонидом Мончинским). (Часть II. Стреляйте, гражданин начальник! Страница 13)
Входимость: 1. Размер: 41кб.
Часть текста: Он решил — за спиной остался тот, кто хотел с ним объясниться по-хорошему, быть понятым. Тем более не стоило останавливаться, чтобы не расслабиться и не нагружать себя излишней заботой о чьей-то душе. Не твое это дело... Чтобы отвлечься, он предпринял новую попытку мысленно обратиться к Тому Свету. Перешагнув кучу шлака, утопив сапог в вытаявшую грязь, не огорчился, поворачивая картину мира наизнанку. Однако она никак не выворачивалась. Мысль о предстоящей беседе с партийным секретарем-хозяином, ни с того ни с сего изъявившим желание его видеть, держала сознание в рамках жестокой реальности. Он забыл о сходке бугров и Том Свете. Он жил на этом, и у него были земные заботы обыкновенного заключенного... ...В штаб Упорова вели вместе с Токаренко — бывшим членом Союза писателей, которого он знал еще по пересыльной тюрьме, где мощный, спокойно-ироничный человек, называющий себя «выдающимся придурком социалистического реализма», доверительным голосом опытного пропагандиста рассказывал местным ворам, поди самим сочиненную историю о том, как Маркс по пьянке проиграл в немецкой тюрьме свою бороду...

© 2000- NIV